…Бетон отчаянно и больно лупил по ступням сквозь подошвы. Ая мчался по железнодорожной платформе.

Вокруг – давно заброшенная промзона, пустые пакгаузы зияют черными провалами ворот.

Звонкие щелчки подошв по бетонке и частое заполошное дыхание приближались. Ая уже мог, не оглядываясь, прикинуть, на каком расстоянии от него сейчас находятся преследователи – примерно в сорока метрах позади. Близко. Слишком близко. И расстояние все сокращается: преследователи несутся по ровной асфальтированной платформе, а он ковыляет по очень неудобной, совсем не приспособленной для бега межрельсовой колее, на каждом шагу рискуя запнуться за край шпалы.

Вот что бывает, когда берешься за горящий заказ и нет времени на нормальную подготовку: доскональную разведку местности, самостоятельную слежку за «объектом» и проработку нескольких вариантов плана. Главное, конечно же, это слежка. Обычно Ая проводил ее сам. Но в условиях жестких временных рамок пришлось довериться сведениям, полученным от нанимателя. А согласно им, заказанный «объект» должен был один приехать в заброшенное вагоноремонтное депо, чтоб забрать закладку из тайника. Приехать-то он приехал, но не один, а в компании троих крепких парней. Кажется, это были не его телохранители, не подчиненные, а, скорее всего, партнеры – «объект» попросил их остаться снаружи, и они без пререканий остались ждать в машине; Ая наблюдал эту сцену в бинокль из укрытия. Но в любом случае, эти парни представляли для него реальную угрозу. Ая это сразу понял. В иной ситуации он вообще бы отложил выполнение миссии до более подходящего момента, но сейчас его связывал конкретный приказ: содержимое тайника надо у «объекта» забрать. Срочно. Во что бы то ни стало. И доставить нанимателю.

«Мы знаем, что тайник находится в заброшенном депо, но не знаем, где конкретно, а на обыск всей территории нет ни времени, ни людей», - Ая прокручивал в памяти детали разговора с нанимателем. – «Объект» выведет тебя на тайник, после чего ты заберешь содержимое, а «объект» ликвидируешь».

«Объект» ушел вглубь цеха; оттуда донеслись шорохи и лязг металла; Ая ждал. Трое снаружи... А у него даже нет напарника, который мог бы постоять на стреме.

Если «объект» сейчас уедет, то закладка вместе с ним уплывет в неизвестном направлении, и ищи ее потом! Даже садиться на хвост «объекту» и выжидать другого подходящего момента для нападения было некогда. Но если бы спутники пошли в цех вместе с «объектом», то Ая все-таки отступил бы, несмотря на приказ. Потому что нанимателю нужно содержимое тайника, а не труп исполнителя.

Несколько минут спустя «объект» показался в проходе, пряча в карман что-то плоское и блестящее. Кажется, диск.

И Ая рискнул.

Да собственно, ему почти удалось завершить дело: диск, перекочевавший из тайника в карман «объекта», теперь лежал в кармане у Аи. И надо же было случиться тому, что один из спутников «объекта» именно в этот момент сунулся внутрь помещения. То ли интуиция кольнула, то ли донеслись отголоски подозрительного шума, но он заглянул в цех и увидел удаляющегося незнакомца. Спутник сразу не заметил труп – Ая оттащил тело за станину какого-то громоздкого оборудования; но присутствие постороннего человека там, где его не должно было быть, мгновенно насторожило профессионала.

И теперь за Аей гнались. Гнались очень настойчиво, стреляли по ногам – похоже, решили во что бы то ни стало взять живьем для последующего допроса.

Плохо. Просто хуже некуда...

Сначала Ая легко оторвался от погони, но потом платформа кончилась, и пришлось спрыгнуть на пути. Не, по шпалам он долго не проковыляет – подстрелят и возьмут. Надо выбираться на ближайшую платформу, иначе не уйти; вон ее край белеет между тушами товарных вагонов. Надо поднырнуть под состав, все равно ни впереди, ни позади этой сцепки локомотива нет, они не тронутся с места.

- Стоо-о-ой! Стоя-а-ать! – заорали сзади.

А потом грохнул выстрел, пуля просвистела в метре от бедра, ударилась в спрессованный грунт, взметнула облачко пыли и колкой каменной крошки. Ая ринулся поперек путей, к товарняку. За ним, в прогалах между вагонами, виднелся бетонный забор, а дальше – крыши не то цехов, не то складов. Надо туда, затеряться в этом лабиринте!

Он стремительно вкатился под товарняк и переполз на другую сторону. Пули оглушительно лязгнули по колесам и срикошетили куда-то вбок. Ая вскочил и приготовился прыгнуть между рельсовыми колеями, как вдруг его окатило потоком вспыхнувшего света. Он инстинктивно вскинул руку, прикрывая ею глаза.

Поезд. Возле платформы стоял поезд. Длинная темная туша обшаривала пространство перед собой ослепительно-белым глазом лобового прожектора, а внутри нее урчал оживающий мотор.

«Пригородный пассажирский», - машинально отметил Ая.

Откуда тут пассажирский? По этим путям черт-те сколько лет уже никто не ездит, рельсы сорняками заросли. И вдруг – поезд. Рабочий, «на ходу», готовый тронуться с места.

Следующая пуля взвизгнула почти над ухом и высекла крошево из края бетонной плиты. Некогда рассуждать! Замерший на долю секунды Ая взлетел на платформу.

Поезд вздохнул, как живой. Вздрогнул и дернулся вверх-вниз, словно присел. Двери нараспашку. Никаких кондукторов-контролеров не видно. Впрочем, и пассажиров тоже. На фоне окон не маячило ни одного темного силуэта; кажется, в первом вагоне вообще никого нет. Неудивительно, время-то позднее… Тем лучше!

Ая влетел в тамбур, и в тот же миг двери за спиной со вздохом и чавканьем захлопнулись. Поезд еще раз дернулся вверх-вниз и плавно тронулся с места.

Ая сразу же присел на корточки – нечего изображать из себя мишень на фоне освещенного окна. Он ожидал увидеть в темноте вспышки выстрелов – преследователи неслись по пятам, они наверняка уже взбежали вслед за ним на платформу, и теперь могут начать стрелять по окнам. Не хватало еще поймать пулю после того, как практически сумел уйти.

Но вспышек не было. Платформа проплыла мимо и осталась позади. Поезд набирал скорость.

Ая на корточках перебрался к переборке возле переднего тамбура и прижался к ней спиной. Еще несколько минут посидел, скорчившись и низко пригнув голову. На затоптанном полу слегка подрагивал от набегающего потока воздуха клочок яркой обертки – кажется, от шоколадного батончика. В вагонных окнах, которые Ая видел снизу вверх, плыла только чернильная синева с редкими огоньками. До чего же быстро стемнело! Он и не заметил, как это произошло.

Наконец Ая решился встать. Поезд отмахал уже достаточно далеко, и если преследователи до сих пор не ввалились сюда из хвостовой двери вагона, значит, они не успели вскочить в состав следом за беглецом. Он прижался лбом к стеклу. Ничего не разглядеть… Где все-таки они едут?

Ая взялся за ручку оконной рамы и потянул ее вниз. С натугой и скрипом рама съехала примерно на треть, и ему в лицо ударил тугой поток ветра.

Поезд успел набрать приличную скорость – километров семьдесят в час, как бы не больше. Вагон ходил ходуном; и Ая вцепился в край оконной рамы, чтоб не полететь на пол от очередного толчка.

Снаружи совершенно ничего не видно… Ая вглядывался в темноту, пытаясь распознать в проплывающих вдали огнях очертания городского района. Нет, бесполезно. Ладно, наконец решил он, сейчас нет смысла забивать этим голову. Три дня в чужом городе – слишком мало для того, чтоб потом в сумерках опознать его районы.

Чужой, незнакомый город. Сент-Пол.

Зачем наниматель отправил Аю сюда? Работать в неизвестной местности, когда времени на знакомство с ней отпущено в обрез, всегда намного сложнее и рискованнее. И вообще, по здравому размышлению весь этот заказ слишком сильно смахивал на подставу. И на попытку убить одним выстрелом двух, да пожалуй, даже трех зайцев – одновременно получить из тайника диск, убрать «объект» и устранить Аю. Неужели Критикер дотянулись до него через океан?.. Или Мамору изменил свои намерения и теперь пытается ликвидировать прежнюю команду?.. Или Ая даже «Совету Ста» больше не нужен?

Он поморщился. Одна версия хуже другой... Ни самому не спастись, ни Ёдзи не помочь...

Мимо пролетали желтые вспышки фонарей, мерно стучали колеса. Ая уселся поудобнее на жесткой вагонной скамейке и задумался.

В Сент-Пол он приехал на своей машине. Бегло ознакомился с местностью вокруг депо, прикинул пути отхода. Автомобиль отпадает – его нельзя оставлять поблизости от депо. Либо поснимают с машины все, что можно снять, либо вообще угонят. И неизвестно, сколько времени Ая просидит в засаде – может, несколько часов. Оставить машину с включенным мотором нельзя, а в случае спешного бегства несколько секунд на то, чтоб завести мотор, могут стать роковыми. Следовательно, путь отступления – на своих двоих, а машину придется оставить на платной охраняемой стоянке.

Да, сложно работать на такой большой территории одному, без напарника, подумал тогда Ая. Невозможно контролировать ее в одиночку. Некому постоять на стреме и прикрыть спину. Был бы с ним хотя бы Кен... Но этот придурок отказался лететь в Америку. Что там у него в голове переклинило – непонятно. Дескать, он пока еще не готов… Продолжать жить – не готов? А сесть за решетку – готов? Жалко. Был же у него шанс… А Ёдзи посмотрел на Аю совершенно безразличным взглядом, когда тот украдкой пробрался к нему в больницу.

Мамору был против их встреч. Сначала он повторял, что незачем беспокоить Ёдзи, что тот еще слишком слаб после тяжелой травмы. Потом Мамору говорил, что Ёдзи видел слишком много лишнего, чего ему видеть и знать совсем не стоило. Он все забыл – ну и замечательно. Для него же лучше. Если бы не эта внезапно, но очень кстати случившаяся посттравматическая амнезия, то Ёдзи вряд ли сохранили бы жизнь. И Мамору тут ничем не смог бы помочь. Он и так сделал для бывших соратников по команде все, что в его силах. Поэтому Ая должен быть благодарен судьбе за то, что Ёдзи все забыл - ведь только поэтому тот сейчас жив. И не надо пытаться растормошить его память.

Ая со всем соглашался - Мамору, как всегда, прав; на его стороне сила и власть, с которыми не поспоришь. Он послушно не подходил близко к больнице, чтоб не поддаться искушению проникнуть в палату; о состоянии Кудо справлялся только по телефону и пытался убедить себя, что нечего потакать своему эгоизму. Ничего с ним не случится, если он не увидится с Ёдзи. Совершенно ничего. Лучше успокоиться и заняться обустройством будущего. Раз ему дали шанс покинуть страну, то он непременно этим воспользуется; жизнь еще не кончилась... Если Ая будет жив и на свободе, то рано или поздно он сможет вытащить Ёдзи к себе, а тот, если даже и не вспомнит ничего, то хотя бы поправится…

Но чем больше приближался обозначенный в авиабилете день, тем больше зудела настырным комаром тоска. И Ая вдруг понял, что он обязательно должен повидать Ёдзи перед отлетом. Хотя бы просто увидеть, пусть даже не разговаривать с ним. Ая и сам не мог бы объяснить, почему это так необходимо; просто он внезапно и остро почувствовал, что если не сделает этого, то потом будет очень сильно жалеть. И отбросил сомнения.

 

Он пришел в больницу в разгар дня, совершенно открыто. Легко смешался с толпой и затерялся среди ее беспорядочного суетливого движения, потом нырнул в туалет и в кабинке переоделся в принесенный с собой врачебный костюм, нацепил на лицо маску, на карман - бэйдж с чужим именем, на шею повесил фонендоскоп. Молодой доктор или студент на практике…

Ёдзи его не узнал. Он поздоровался с гостем совершенно равнодушно и уставился куда-то в угол, глядя поверх плеча Аи. Подумаешь, очередной врач зашел… Много их тут ходит.

Больничная рубашка чуть съехала с его плеча, приоткрыв острую ключицу. Ая стиснул зубы. Он даже и не предполагал, что настолько трудно будет сохранять хладнокровие, видя так близко полураздетого Кудо, едва прикрытого тонкой тканью.

Ая, присев на краешек кровати, водил фонендоскопом по груди Кудо. От любовника пахло незнакомо, больница перебивала естественный запах его тела, но оно и к лучшему. Ая переоценил свои способности – внешне он был невозмутим и равнодушен, а внутри все вздрагивало и замирало от каждого прикосновения к телу Ёдзи. Когда Ая неосторожно задел его сосок, то от ощущения твердого бугорка под рубашкой у него перехватило дыхание. Он машинально задавал какие-то вопросы и черкал что-то невнятное в блокноте, держа его и ручку взмокшими ладонями. И радовался, что на нем врачебный халат по колено. Под ним ничего не должно быть заметно... И хорошо, что сейчас Ая сидит – а к тому времени, когда он встанет и выйдет из палаты, то уже совсем ничего не должно быть видно, он справится, справится, он успокоится и расслабится... Не надо сейчас думать ни о чем постороннем! Надо думать о деле. Надо постараться уловить тень узнавания в печальном и растерянном взгляде Ёдзи. Он настолько хорошо играет, притворяется или на самом деле не узнаёт? Может, его сбивает с толку маска? Нет, ерунда, будь Кудо в твердой памяти - он не мог не узнать Аю даже с прикрытым врачебной маской лицом. Он шифруется от едва заметного глазка видеокамеры в верхнем углу палаты, напротив койки? Ая как бы невзначай чуть передвинулся так, чтоб его спина закрыла лицо Ёдзи от видеокамеры. И подался вперед, сделав вид, что наклоняется поближе к пациенту. Сдвинул с лица маску. «Ёдзи», - позвал он одними губами.

Как близко сейчас Ёдзи... Как щекочет ноздри его запах...

Кудо никак не среагировал. Не отозвался на свое имя.

«Ёдзи, нас сейчас не видят и не слышат». В ответ – удивленный и непонимающий взгляд. Он не узнавал собеседника. Хотя Кудо всегда был умелым вруном... Женщин охмурял легко и просто, заговаривал, обманывал, на это ему артистизма хватало. Может, он и сейчас играет? Ну, хоть бы взглядом, хоть бы одним жестом дал понять, так ли это на самом деле! Ни единого намека…

 

Дверь палаты отодвинулась, вошла медсестра. Молодая, вполне симпатичная. И вот тогда-то Ёдзи оживился, глаза радостно заблестели.

Ая с разочарованием и сожалением стиснул зубы, а сердце сжалось от ревности. Продолжать упорно настаивать, окликать Ёдзи по имени и вообще сидеть здесь дальше нельзя. Это становилось подозрительным. Он незаметным движением сунул Ёдзи в ладонь сложенный в несколько раз клочок бумаги. Догадается развернуть и прочитать? Не выбросит сразу? Там был записан адрес электронной почты и одна фраза: «Пиши мне сюда». «Прочитай», - одними губами сказал Ая. Ёдзи скорее увидел это, чем услышал. Удивление на его лице было вполне искренним. Но все-таки он не бросил крошечный бумажный комок под кровать или на тумбочку, а катал его в пальцах. Поймет? Вспомнит? Напишет? Ну, хотя бы из любопытства – выяснить, что это за странный незнакомый доктор, который так настойчиво домогается общения?

Даже если это и будет, то не сейчас. И еще нескоро…

Ая попрощался официально-вежливо и, не оглядываясь, вышел из палаты. Хотя желание оглянуться тянуло назад, как стальную стружку к магниту.

Он не видел, как медсестра забрала записку из рук Ёдзи и сунула себе в карман.

Ая еще не успел дойти сойти с больничного крыльца, как в кармане завибрировал мобильник. «Ну, и чего ты этим добился?» - раздался в трубке раздраженный голос Мамору после очень короткого, вскользь брошенного приветствия. «Я завтра утром улетаю», - невпопад ответил Ая. «Улетай!» - и Мамору отключился, не прощаясь.

 

В почтовый ящик Ая впервые заглянул сразу после прилета в Нью-Йорк. Конечно же, писем не было. Глупо было бы надеяться, что Ёдзи напишет сразу… Да и что он вообще напишет… Наверно, он выкинул клочок бумаги с ничего не значащим адресом сразу после того, как странный посетитель закрыл за собой дверь палаты. Но Ая надеялся. Полтора месяца он почти каждый день регулярно заходил на почтовый сервер. И находил в ящике только вездесущий спам. Иной раз накатывало отчаяние, говоря, что если писем от Ёдзи до сих пор нет – то всё, их уже никогда не будет; тогда Ая захлопывал «окно» и долго сидел перед монитором неподвижно, а потом не заглядывал в ящик несколько дней кряду. Пока чувство отчаяния не притуплялось. Но писем все не было… До того самого дня, когда Ая получил вот этот «горящий» заказ и отправился в Сент-Пол.

Во время подготовки к миссии он ни разу не проверил почту. Голова должна быть ясной и холодной; все эмоции – отодвинуть подальше до завершения работы, чтоб не мешали. А теперь ноутбук остался в машине…

Ая откинулся на спинку вагонной скамейки и рассеянным взглядом смотрел в чернильную синеву за окном. Может быть, письмо уже пришло? Может быть, если сейчас включить ноутбук, то в уголке экрана замигает иконка-конверт? Нет, сухо и жестко возражала ему интуиция, натренированная и раскачанная за годы рискованной работы, в которой очень многое зависит от чутья и удачи. Нет там ничего. Никто тебе не напишет на тот адрес. Наниматель о нем не знает, а Ёдзи не напишет. Он действительно все забыл…

Ая прикрыл глаза и попытался представить себе, что Ёдзи рядом. Ощутить запах его жилистого крепкого тела, прикоснуться к коже, стиснуть руку, скользнуть пальцами по плечу, по груди, потом под ремень… Получилось плохо. Воспоминания блекли, выцветали с каждой неделей. Образ Ёдзи все больше и больше превращался в фантазию.

А что, если вернуться в Японию?

Не дури, ответил здравый смысл. Слишком мало времени прошло, Кудо наверняка все еще под колпаком. Критикер возьмут за жабры вас обоих. Да, на себя-то тебе наплевать – но ты же и его вместе с собой подставишь. Так что терпи и жди. Сколько?.. А сколько времени должно пройти, прежде чем Критикер убедятся в том, что амнезия Кудо – не обман, и перестанут за ним следить? Сколько бы следил ты сам?

«Полгода», - вдруг всплыл ответ откуда-то изнутри. Полгода, ответил сам себе Ая. Как минимум. А еще вернее – год.

Сердце защемило от тоскливой безысходности.

 

Они же так и не объяснились после миссии в лаборатории Эсцет...

Удавка, затянувшаяся в тот раз на шее Аи, чуть было совсем не перекрыла кислород их отношениям. Хотя потом ее все-таки вместе с телом Цудзи разрубила катана в руках Кудо, но накопившиеся за время подготовки к миссии враждебность и непонимание оставили на душе тяжелый осадок. После взрыва на разговоры совершенно не было времени. Хотя Ая и Ёдзи поняли друг друга без слов, с нескольких взглядов – но Ае все равно хотелось убедиться еще раз, целиком и полностью, что разногласия позади и что прежний соратник и любовник снова вернулся к нему.

Он едва-едва успел обрести прежнего Ёдзи, как тут же потерял его снова. Амнезия сделала Кудо чужим. Хорошо, что хотя бы не враждебным – но равнодушным и безразличным. Да, в конце концов, Ая был бы согласен на то, чтоб Ёдзи был рядом с ним даже в таком состоянии. Тем более, можно было бы начать все с чистого листа, как бы банально это ни звучало. Теперь Ая уже знал, что и как надо делать... Он воспользовался бы своим прежним опытом – он-то в отличие от Кудо ничего не забыл! Наверно, это было бы забавно – поменяться ролями с Ёдзи, и шаг за шагом провести его по прежнему пути. Творить точно такие же безумные выходки... Как в тот раз, в туалетной кабинке ресторана.

 

...Это была одна из их миссий. Клиент, за которым Вайсс вели наблюдение, должен был встретиться со своим деловым партнером в ресторане, и Ая с Ёдзи тоже отправились туда. Ая настаивал, чтобы они изображали такую же нейтральную встречу деловых партнеров. Но Ёдзи словно шлея под хвост попала: он заявил, что уже давно намеревался повести Аю в ресторан, дважды приглашал отпраздновать день рождения Аи и однажды – новый год, но Ая каждый раз жестоко обламывал его предложения и отказывался. А теперь тому деваться некуда, теперь он вынужден пойти! И поэтому он, Ёдзи, непременно воспользуется случаем и обставит этот поход в ресторан как их совместный романтический вечер. А миссия не помешает.

Кен долго хихикал над тем, как долго и тщательно собирался Ёдзи: «Ишь ты, расфуфырился!» «Он просто завидует», - жарко шепнул Ёдзи на ухо Ае и слегка ущипнул его. В ресторане они держались холодновато и отстраненно, хотя Ёдзи то и дело норовил выйти за рамки. Он смотрел на Аю долгим томным взглядом, под столом касался своей лодыжкой ноги Аи, пользуясь тем, что в зале полумрак, а скатерть длинная. Они сидели под углом друг к другу и боком к объекту слежки и изображали деловых партнеров. Ёдзи протягивал Ае какие-то распечатки и как бы невзначай касался при этом его руки. И совершенно не обращал внимания на взгляды, в которых звенели фиолетовые льдинки: «Не дури! Ты провалишь всю конспирацию!» «Да ничуть», - беспечно отмахивался Ёдзи. – «Можно подумать, деловые партнеры не могут быть партнерами и в других отношениях?!»

Но видимо, замаскировались они очень хорошо, потому что чуть позже, когда зазвучала медленная музыка и объявили белый танец, к ним подошла слегка подвыпившая молодая дама и очень настойчиво стала приглашать Аю. Тот замялся, а Ёдзи захихикал, прикрыв ладонью лицо: «Иди! Не нарушай конспирацию!» Разумеется, он не сказал этого вслух, но они уже научились понимать друг друга без лишних слов. Дама повисла у Аи на плечах и во время танца прижималась к нему гораздо сильнее, чем того позволяли правила приличия. Ая задыхался от сладковатого аромата ее духов, у него сразу начала побаливать голова. Он не мог дождаться окончания музыки и с мрачной обреченностью смотрел через плечо дамы на Ёдзи, который открыто посмеивался, глядя на них. Он ничуть не ревновал. Он просто знал, что Ая никуда от него не денется.

А потом в зал вошел еще один человек, который точно знал в лицо их обоих, подошел к объекту слежки, и им пришлось срочно удирать в туалет, пока новый гость не успел их заметить. Потом они сидели в кабинке. Долго. По очереди подбегали к двери, чтоб выглянуть в зал: тот тип еще не ушел? Нет, не ушел... Мало того, он беседует с объектом слежки и заказал очередную порцию еды... Надо ждать. Ая был как всегда, холоден и сосредоточен, а Ёдзи быстро заскучал. И нашел себе развлечение.

Он начал оглаживать аины ягодицы прямо поверх брюк, потом нахально просунул руку под ремень. «Нашел время!» - одернул его Ая, на что Ёдзи беспечно усмехнулся: «Да ладно, это самое лучшее прикрытие на тот случай, если нас кто-то попалит!» «Тогда продолжай», - вдруг согласился Ая. Да еще бы он не согласился – его стояк уже вовсю оттопыривал брюки. Ёдзи аккуратно стащил их вниз и продолжил ласкать Аю поверх плавок. «Не тяни! Давай уже!» - Ая упирался лбом и ладонями в стену, кусая губы. «Не торопись, у нас полно времени...» «Издеваешься?!» - Ая сам стянул плавки, взял Ёдзи за руку и положил его ладонь сверху. Нет, Ёдзи точно издевается! Потому что предложение заняться членом он проигнорировал, зато палец его другой руки начал скользить между половинками ягодиц. «Не тяни! Возьми!» - брыкнулся Ая и, не утерпев, стал помогать себе сам. «Сейчас», - Ёдзи опустился на колени и обхватил член губами. Ая возил затылком по холодной кафельной стене, изо всех сил стискивал губы, чтоб не вырвалось ни единого звука. И дышать старался через раз. Хотя это было особенно трудно при том, что Ёдзи вытворял с его телом. Ёдзи доводил его до такого пика, что Ае несколько раз казалось - он вот-вот выключится и без сознания сползет по стенке. Потом Ёдзи оторвался от него, встал, накрыл его губы своими, и они оба чуть не забыли, зачем вообще сюда пришли...

 

...Колеса поезда отбивали мерный ритм. Ая крепко зажмурился и еще раз попытался вообразить, что напротив него сидит на вагонной скамейке Ёдзи. Нет, бесполезно.

И вообще Ая, наверное, задремал. Потому что, чуть-чуть приоткрыв глаза, он увидел сидящим напротив самого себя.

На соседней скамейке, лицом к себе, сидел он сам - еще один Ая. Правда, одетый немного по-другому - майка темно-синяя, а не черная; куртка серая, а не цвета полыни; джинсы более блеклого оттенка... Осень в Штатах стояла необыкновенно сухая и жаркая, и потому Ая, отправляясь на миссию, оделся по-летнему. И неброско – так, чтоб не выделяться из толпы.

«Тот» Ая поднял взгляд от пола и посмотрел «этому» прямо в глаза. Сердце на мгновение замерло и вдруг сорвалось с места стремительным галопом, набирая скорость вместе с поездом. Мерное сдвоенное «тыгдым-тыгдым» вагонных колес слилось в один беспрерывный гул. Сердце забыло о привычном ритме и беспорядочно, судорожно задергалось тяжелым болезненным комом. Ая почувствовал, что каждый вздох дается с большим трудом. А в глазах все раздвоилось, словно расфокусированное изображение.

Стены вагона и скамейки дрогнули и разделились надвое, одно из полупрозрачных изображений вагона отделилось от другого и поплыло навстречу Ае. И скамейка с сидящим напротив двойником - тоже. Как будто еще один, призрачный поезд медленно, по пол-метра в секунду, шел сквозь него в обратном направлении. Вот двойник уже на расстоянии вытянутой руки... Вот он почти вплотную... Ая хотел вскочить, но его словно опутала липкая паутина, и как он ни рвался, но не мог сдвинуться ни на миллиметр. Когда колени двойника соприкоснулись с его коленями и прошли сквозь них, он не выдержал и надсадно закричал. Вернее, попытался закричать, но голосовые связки только завибрировали, не издавая ни звука. Голоса не было. Ужас застрял внутри. По всему телу прокатилась волна мурашек, словно аппарат электростимуляции вывернули на полную мощность. Сердце последний раз болезненно сжалось, рывком ударило изнутри куда-то в гортань – и на этом все закончилось.

Ая одновременно с судорожным вдохом распахнул глаза и словно со стороны услышал свой затихающий не то всхлип, не то крик.

 

Бешено колотящееся сердце понемногу сбавляло ход и восстанавливало привычный ритм. Вагон был по-прежнему пуст, ветер влетал в приоткрытое окно стремительным потоком. Поезд, хотя и шел довольно быстро, но все-таки это была вполне естественная для загородного маршрута скорость, а не форсаж сверхзвукового истребителя. Да, похоже, Ая все-таки заснул и увидел кошмарный сон...

Он поднес к лицу часы, вгляделся в зеленоватые электронные черточки на табло. Поезд мчит без остановок уже около часа. Однако, какой длинный перегон…

Ни единого человека в вагоне, и некого спросить, куда вообще идет этот поезд. Может, кто-нибудь есть в соседнем?

По болтающемуся под ногами полу Ая прошел в тамбур. Крепко держась за поручень и опасливо поглядывая на прогалы в железном полу вагона, под которым размазанной полосой проносилась земля, он дернул межвагонную дверь. Закрыто. Однако…

В другой вагон не попасть.

Нет, надо выходить на первой же станции. Все равно, где. Выскакивать, как только поезд остановится.

А может, дернуть стоп-кран? – озарила запоздалая мысль.

Вместо рукоятки стоп-крана в углублении короткий торчал отломанный штырек.

Ничего себе, машинально отметил Ая. Ситуация нравилась ему все меньше и меньше.

Он прислонился спиной к стенке тамбура. Он не знал, сумеет ли отжать дверь, если поезд замедлит ход, но на всякий случай решил держаться поближе к выходу.

Вскоре он заметил, как поезд снижает скорость. Стремительно пролетавшие мимо фонари теперь проносились все медленнее, потом поплыли в мутном стекле, и наконец-то остановились. Поезд выдохнул и распахнул двери. А Ая пулей метнулся из вагона наружу.

 

Платформа, слабо освещенная двумя чахлыми фонарями и заваленная мусором. Раздалось тихое дробное постукивание – сброшенный с верхушки мусорной кучи порывом ветра, под ноги подкатился картонный стаканчик. Ая огляделся. Дальний конец платформы тонул в темноте, возле ближнего - там, где он сейчас стоял - приткнулась будка кассы с наглухо задраенным изнутри окном. Никого… Ни единого человека.

Стоп! Чуткие нервы среагировали на тихий посторонний звук. Это не стаканчик постукивает. Это раздаются чьи-то шаги... Две пары ног...

Ая неторопливо обернулся. Может быть, это просто кто-то из пассажиров вышел здесь по своим делам?

На мгновение мелькнула мысль – а не попробовать ли вскочить обратно в вагон? Но прежде чем Ая успел додумать ее до конца, створки дверей захлопнулись - настолько торопливо, словно не хотели, чтоб он успел осуществить свое намерение. Поезд лязгнул и двинулся вперед. Он мгновенно набрал скорость, пролетел мимо платформы и растаял в ночи. Несколько секунд еще доносился перестук колес, но очень быстро все затихло.

За платформой, среди кустарника, метнулись два темных силуэта. Нет, это не просто пассажиры... Пассажиры, которым нет дела до удирающего наемного убийцы, не станут прятаться по кустам.

Ая нащупал рукоять стилета. Плохо, что обойма уже пуста – во время погони он расстрелял все патроны. Очень жаль. Здесь нет посторонних, здесь можно было бы не опасаться, что грохот выстрелов привлечет чье-то внимание.

Он все еще стоял спокойно, как ничего не подозревающий обыватель, но стилет уже скользнул в руку, и лезвие жалом торчало из кулака, спрятанного за спину.

Двое вскарабкались на платформу. Ага, поняли, что противник их заметил, какой теперь смысл прятаться? Их силуэты маячили на фоне тусклого света фонаря – один невысокий и худощавый, другой заметно крупнее и мощнее, с фигурой а-ля «реклама атлетического клуба». Ая про себя назвал их Мелкий и Крупный. Оба не из тех, кто гнался за ним возле депо. Даже если друзья убитого отзвонились своим подельникам, то те нигде не могли подсесть в поезд, это первая остановка после депо. Может быть, это обыкновенные случайные грабители, которые почуяли легкую добычу и решили потрясти одинокого пассажира? Оба двигаются спокойно и уверенно, и сложно определить, кто из них может быть более опасен. Ладно, начнем по обстоятельствам, решил Ая.

Противники приблизились и остановились в полутора метрах от него. Значит, огнестрельного оружия у них нет, иначе не было бы смысла подходить так близко.

- Эй ты, гони сюда кристалл, - наглым тоном потребовал Мелкий.

Ая не понял. Какой-такой кристалл? Может, они диск так обзывают?

- Ты что, оглох? Кристалл гони, - повторил Крупный.

Он сунул руку под левую полу куртки, но вытащил оттуда не ствол, а длинную и узкую черную коробку, размером со школьный пенал. Похоже на электрошокер...

Ну и придурок, подумал Ая. Грозить электрошокером с расстояния около метра? Глупо. Резко приближайся и тыкай в открытый участок тела, пока противник не сгруппировался. И не вытаскивай шокер до тех пор, пока не приблизишься на досягаемую дистанцию, а то подлетишь и наткнешься на кулак или лезвие.

Но Крупный не стал подходить вплотную, а чуть вытянул вперед руку с шокером и угрожающе процедил:

- Последний раз предлагаю! Давай кристалл, и тогда уйдешь отсюда здоровым!

Да что ты говоришь, искренне удивился Ая. Сейчас мы посмотрим, кто отсюда здоровым уйдет.

- Ничем не могу помочь, - ответил он. Голос после долгого молчания прозвучал хрипло и неуверенно. Ая прокашлялся. – У меня нет никакого кристалла.

- Да хватит дурочку-то катать! – резким фальцетом огрызнулся Мелкий.

А Крупный со словами «Ну, ты сам напросился» вскинул руку и надавил на кнопку шокера.

С металлических штырьков сорвалась белая зигзагообразная вспышка около метра длиной. Ее конец буквально каких-то пару сантиметров не достал до Аи. Тот не успел отпрянуть, но резкого хлесткого удара электротоком не последовало, и Ая остался стоять на месте, переводя удивленный взгляд с шокера на Крупного и обратно.

Судя по торжествующему выражению лиц противников, те уже настроились насладиться зрелищем, как Ая скорчится и упадет на платформу. А когда этого не произошло, их лица стали до того непонимающими и удивленными, что, будь на месте Аи более эмоциональный человек, он наверняка бы расхохотался.

- Какого хрена? – пробормотал Крупный и нажал на кнопку еще раз.

На этот раз молния коснулась Аиной руки, потому что он сам ринулся навстречу – стремительно скользнул под руку Крупному и воткнул лезвие ему в подмышку. Парень взвыл и разжал пальцы, а Ая перехватил левой рукой шокер, мгновенно развернувшись, ткнул им в Мелкого, не успевшего отпрянуть, и нажал на кнопку.

Ая не был уверен, что это подействует – молния же не причинила ему никакого вреда, просто хотел провести психическую атаку, отвлечь внимание Мелкого на несколько секунд, пока он успеет выдернуть стилет из подмышки Крупного и атаковать им справа. Но результат воздействия шокера ошеломил самого Аю.

Мелкий заорал так, словно его поджаривали на электрическом стуле, изогнулся дугой, закатил глаза, рухнул на платформу и больше не шевелился. В метре от него выл и орал Крупный, согнувшись пополам и зажимая распоротую подмышку.

Ая направил на него шокер, внезапно оказавшийся очень эффективным оружием даже на дистанции около метра до тела, и спросил:

- Кто вас послал? Отвечай, или следующий разряд – твой!

Ответом была нецензурная тирада пополам со стонами, из которой Ая с трудом уловил, что, по мнению Крупного, он придуривается, хотя сам прекрасно все знает.

- Кто. Вас. За мной. Послал? – четко и раздельно повторил Ая.

- Да пошел ты! – Крупный оказался крепким парнем. Он, хоть и истекал кровью, но все же попытался подсечкой сбить противника с ног. Естественно, не сумел. Слишком ослаб, движение получилось медленным, Ая без труда ушел с линии атаки и воткнул стилет Крупному в горло. Ему уже стало ясно, что допрос вряд ли что-то прояснит. С этим типом придется долго возиться, прежде чем добьешься внятного ответа. А возиться было некогда... Может быть, они, пока прятались по кустам, успели отзвониться своим сообщникам и сказать, на каком полустанке Ая сошел с поезда. И надо как можно скорее уносить отсюда ноги.

Ая присел на корточки рядом с Мелким, пощупал сонную артерию. Пульса не было. Разряд из странного шокера, не причинивший Ае ни малейшего вреда, убил парня наповал. Н-да, странно... У этого типа было настолько слабое сердце? Ну да неважно. Ая быстро обшарил карманы и поясную сумку Мелкого. Немного наличности – это взять, носовой платок, расческа, – выкинуть, зеркальце в дерматиновом футляре, складной нож со множеством лезвий, зажигалка, шариковая ручка, флэшка – пригодится, блокнот – взять, изучим на досуге, презерватив... Хм... Похоже, Мелкий при жизни был тем еще мартовским котом... Водительские права, выданные в штате Аризона, номер социального страхования... И самое главное – мобильник.

Ая быстро просмотрел последние по времени звонки. За сегодняшний вечер Мелкий звонил трижды. Два раза - одному и тому же абоненту, названному в записной книжке «номер 1», и один раз звонил некоему «номеру 2». Два более ранних звонка были сделаны два часа назад. Ая в это время еще сидел в засаде в депо... Вряд ли этот звонок как-то связан с ним, хотя кто знает, может быть, его уже выследили и пасли... Последний звонок был сделан пять минут назад. Как раз перед тем, как напасть на Аю. Значит, скоро сюда примчится кавалерия... Надо срочно уносить ноги.

Он обесточил мобильник Мелкого и сунул в карман; сейчас некогда изучать записную книжку и перебивать к себе номера оттуда, этим можно заняться позже. Теперь – забрать телефон Крупного и проверить его карманы. В доход Аи добавилось еще немного наличности. Еще одни водительские права, на этот раз выданные в Калифорнии. Паспортов ни у одного из них при себе не оказалось, а забирать права Ая не стал – все равно на пластик не вклеить свое фото, да и разгуливать по стране с документами убитых слишком рискованно.

Какого-либо оружия, кроме необычного шокера, Ая у противников не нашел. Он осмотрел прибор еще раз: на пластиковом корпусе имелись семь квадратных окошек, расположенных на одной линии. Три из них были темные, четыре – светились. Из шокера были выпущены три электроразряда, припомнил Ая. Два – в него и один раз он сам щелкнул Мелкого. Три окошка на индикаторе не светятся... Значит, четыре светящихся окошка – это показатель, сколько еще раз можно пальнуть из шокера? Странно... У него обойма на семь разрядов, как будто у пистолета на семь патронов?

Шокер Ая тоже засунул во внутренний карман куртки. Вдруг еще пригодится.

Теперь надо отсюда выбираться… Вопрос – куда и на чем.

Он обошел со всех сторон кассовую будку – нигде не было даже намека на вывеску с названием станции или расписание. Ничего, кроме нескольких криво накорябанных нецензурных словечек.

Ая замер, прислушиваясь. Сквозь шелест листвы донесся звук рычащего мотора большегруза. Где-то неподалеку шоссе. Но в ту сторону придется ломиться через довольно плотные заросли.

За средней, более-менее освещенной частью платформы, лесополоса стояла густой стеной. Ая зашагал по платформе в дальний, неосвещенный ее конец, машинально отметив по пути, что рельсовая колея тут всего одна. Видимо, где-то неподалеку разъезд... Ая сбежал по ступенькам с платформы, потом пошел вдоль лесополосы, и буквально в десяти метрах дальше кустарник расступился. За ним струилась ровная лента шоссе.

Осталось решить, в какую сторону двигаться. Конечно, можно сразу в Нью-Йорк – то есть, поймать попутку и попросить довезти его до ближайшей автостанции, а там брать билет до Нью-Йорка. Наличности должно хватить, даже не придется «светить» банковскую карту. Но бросать машину жалко... К тому же, - Ая попытался поставить себя на место своих преследователей, - они не знают, что он приехал в Сент-Пол на своем авто. Машину он оставил на стоянке за несколько километров от депо, а туда добирался сначала на метро, а потом еще и пешком. Следовательно, на стоянке засады быть не может. И вряд ли преследователи ждут, что беглец вернется в город, это с его стороны было бы слишком большой наглостью.

Значит, обратно в город.

Забрать свою машину, где остался «чистый» мобильник для связи с нанимателем, выехать подальше на шоссе, и отзвониться. Потом можно будет включить ноутбук и заглянуть в почту… Может быть, там среди спама уже дожидается письмо от Ёдзи?..

Мысль об этом немного успокоила и воодушевила его. Ая еще раз оглянулся на рельсовую колею, которой уже почти не было видно за кустарником, прикинул направление, откуда он приехал, и свернул в ту сторону, обратно к городу. Потом потянулся, встряхнул плечами, прогоняя напряжение, и зашагал по обочине.

…Мимо шуршали шины, Аю обдавало потоком воздуха от пролетающих попутных и встречных машин. В очередной раз услышав приближающийся звук мотора, Ая вскидывал вбок руку с оттопыренным кверху большим пальцем. Легковушки упорно пролетали мимо. Когда позади заурчал мощный двигатель большегруза, Ая особо не рассчитывал на удачу, но вдруг звук изменился – двигатель сбрасывал обороты. Рядом заскрипели тормоза, и водитель, грузный пожилой мужчина с мясистым носом, перегнувшись через соседнее кресло, распахнул дверцу кабины.

- Залазь, парень! Тебе куда?

В кабине из динамика негромко урчал рок-н-ролл полувековой давности.

- До... До ближайшей автозаправки, - Ая все-таки не решился сказать «в Сент-Пол». Осторожность взяла верх.

На автозаправке он купит воды и чего-нибудь пожевать, заодно не мешало бы приобрести карту дорог. И оттуда уехать на другой попутке. Так, на всякий случай. Чтоб до минимума снизить возможность увязать его с полустанком.

 

Огни заправочной станции показались слева от шоссе примерно в двадцати минутах езды от того места, где Аи подобрала попутка. Фура рыкнула мотором, обдала удушливым шлейфом гари и укатила. А Ая несколько минут постоял, прислушиваясь к тишине, и только потом прошел внутрь пристанционного магазинчика.

- Извините, - окликнул Ая сонного, скучающего за кассой толстого парня, и протянул ему карту автодорог. – Вы не могли бы мне помочь?

- А, что? – очнулся кассир.

Ая протянул ему под нос раскрытый атлас:

- Покажите, пожалуйста, на карте, где находится ваша заправка?

- Примерно здесь, - палец продавца ткнул в расчерченный разноцветными линиями лист.

Ая, мысленно отметив место, поднес атлас поближе к глазам, ища ветку железной дороги, проходящей через Сент-Пол.

Ветки не было, сколько он ни шарил глазами по странице. Странно как-то. Единственная обозначенная на карте линия железной дороги была слишком далеко от указанной продавцом точки. Колея, по которой ехал Ая, не нанесена на карту? Это настолько незначительная трасса? Или он ошибся, прикидывая расстояние? Ладно, черт с ней, подумал Ая. Это не самое важное, чем сейчас стоит морочить голову. Она и без того шла кругом. Усталость, засада, едва не проваленная миссия, гонка, перестрелка, незнакомая местность, нападение на полустанке... А теперь еще продавец то ли ошибается, то ли нарочно разыгрывает, показывая не на то место... Ладно, хватит. Надо дать себе передышку, а потом разберемся, решил Ая. Для начала надо пойти умыться.

Холодная вода освежила запыленное лицо, и немного прояснила голову. Наплевать на эту железную дорогу, подумал Ая, глядя в мутное, сто лет не мытое зеркало над раковиной. Надо купить карту, какая есть, и выдвигаться на шоссе.

Он вытер лицо, швырнул в корзину скомканное бумажное полотенце, взъерошил челку, стряхивая влагу с подмокших кончиков волос, и толкнул дверь обратно в торговый зал.

Когда здание автозаправки осталось позади, Ая свернул в сторону от шоссе. Местность вокруг представляла собой невысокие холмы, поросшие редколесьем; он нашел подходящую складку местности, в которой можно было бы залечь и незаметно отползти, в случае приближения непрошеных гостей, включил мобильник Мелкого и максимально быстро перебросил его содержимое на свой аппарат. Потом раздавил трофейный телефон каблуком; потом проделал то же самое с мобильником Крупного. Многие номера из телефонов нападавших дублировались; значит, эти двое работали вместе и общались с одним и тем же боссом.

Свой мобильник Ая обесточил и засунул в карман. Все, теперь надо уходить с этого места как можно скорее. И идти ловить попутку до города на другое шоссе, в трех километрах восточнее.

* * *

До платной открытой автостоянки Ая добрался уже глубокой ночью, совершенно измотанный, с гудящими ногами и слипающимися глазами. И больше всего на свете сейчас мечтал отъехать несколько километров за пределы города, откинуться на сиденье и уснуть. Хорошо бы еще по пути завернуть в какое-нибудь придорожное кафе – пакет чипсов и пакет орешков, купленные на заправке, ненадолго приглушили голод, но желудок уже настойчиво требовал подбросить топлива.

Но оказывается, на сегодня лимит приключений еще не был исчерпан. На автостоянке Аю поджидал сюрприз.

На той ячейке, где он оставил свой «Порше», нагло разместился чей-то поблескивающий никелированным кенгурином внедорожник.

Ая растерянно потер сонные глаза и огляделся по сторонам. Может, он что-то перепутал? Пришел не на ту стоянку? На всякий случай он еще раз сверился с чеком, выданным парковочным автоматом. Адрес стоянки, номер ячейки... Все сходится. Он обошел всю площадку еще раз – так, на всякий случай, хотя прекрасно понимал, что если кто-то станет заводить двигатель у чужой машины, то он не ради того, чтоб переставить ее на другое место. Раз машины нет - значит, ее угнали...

Угнали... Случайно, или... В мозгу молнией сверкнула запоздалая догадка: выследили! Его выследили сообщники убитого в депо. И отогнали машину, чтоб помешать Ае удрать. На стоянке засада! А охранник – их человек. Он позволил им отогнать машину Аи, не будет мешать им захватить его, а потом сотрет часть видеозаписи, чтоб ничего не дошло до полиции. Ноги чуть было сами собой не понесли Аю галопом к выходу. Стоп, стоп! Ая усилием воли подавил порыв бежать.

Если бы здесь поджидала засада, и охранник стоянки был бы с преследователями заодно, то Аю давно бы уже взяли в кольцо. А вокруг никого нет. Только сонный охранник спокойно позевывает в своей будке.

Надо уходить. Надо просто спокойно уходить, не привлекая к себе лишнего внимания.

- Сэр, простите, вам помочь? – вопрос охранника хлестнул по натянутым нервам. Ая невольно вздрогнул.

- Извините, - выдавил он, с усталой миной потирая лицо. – Я не могу найти свою машину... Но мне кажется, я ошибся, и оставил ее не здесь... Поблизости отсюда есть еще одна открытая стоянка?

Разумеется, есть, в трех кварталах, он прекрасно помнил.

- Да, есть, вон там, - охранник указал рукой в нужном направлении.

- Наверное, я оставил машину там, а потом перепутал место... Извините, у меня сегодня голова просто раскалывается...

Скорее, скорее уходить отсюда, пока охранник не прочухался, не спросил про марку машины и в какое время Ая ее ставил, и не предложил посмотреть видеозапись... Потому что тогда уже не отмажешься...

Он напоследок слегка поклонился, пятясь спиной вперед – ни дать, ни взять, глуповатый смешной азиат со смешными азиатскими манерами. Этого должно быть достаточно, чтоб охранник похихикал над растяпой и перестал принимать его всерьез. Отойдя таким образом на несколько шагов, Ая повернулся и неспешно пошел к выходу со стоянки.

Завернув за угол, он пустился галопом, и остановился только три квартала спустя. Тяжело дыша, прислонился спиной к стене дома.

Делать нечего, о машине придется забыть. Ноутбука жалко... Ничего особенного в нем не было, за что могли бы зацепиться копы, но все равно – просто жалко. В век электроники без него – как без рук... И, может быть, уже пришло письмо от Ёдзи...

«Ладно, при ближайшей возможности найду какое-нибудь интернет-кафе, и проверю почту», – решил Ая.

Возвращаться в Нью-Йорк придется автобусом. Но это все завтра, завтра... А сейчас надо найти какой-нибудь мотель, сполоснуться под душем и брякнуться в постель. Он ужасно устал. С утра – за рулем, всю вторую половину дня – на ногах, плюс бегство и незапланированная поездка по окрестностям города... А на часах уже середина ночи. И самое главное, что ему сейчас нужно - это душ и постель. Даже ужин не слишком-то актуален.

Еще сколько-то времени Ая потратил на поиски мотеля. Маршрутные автобусы уже не ходили, он рискнул поймать попутку – все равно пришлось бы кого-то расспрашивать, где находится ближайшая недорогая гостиница. Он рисковал ничуть не больше, чем если бы пошел туда пешком. А идти пришлось бы далеко...

Его не побоялись подобрать двое крепких парней на «Форде». Они и сами, как оказалось, направлялись в тот же мотель. Ая пропустил их вперед; парни заплатили сонному портье за стойкой наличными, и удалились вглубь коридора, держась за руки и обмениваясь недвусмысленными взглядами.

Мотель, несмотря на более чем поздний час, жил бурной ночной жизнью. Из-за дверей доносились голоса, гул музыки, томные стоны. Это не гостиница, это же просто какой-то «отель любви», подумал Ая, хотя официально их в Америке никто так не называет, но видимо, у некоторых заведений уже сложилась определенная репутация, и случайные попутчики привезли его именно в такое место.

- Желаете комнату, сэр? – Аю вывел из задумчивости вопрос портье.

- Да, - кивнул он. – Есть свободные одноместные комнаты?

- Есть. Ваш номер социального страхования, пожалуйста?..

Ая на мгновение замялся. Протянуть ему карту или попробовать обойти эту уловку, предназначенную для тотальной слежки за перемещениями граждан?

- А можно ли обойтись без этого? – Ая перелистнул пальцами несколько уголков купюр в сложенной пачке, которую он держал в руке.

- Я думаю, да, - с легкостью согласился дежурный.

Ая отделил от пачки купюры и протянул их портье. Ответным жестом перед ним на стойку легли ключи от номера.

- Как вас записать, сэр? – портье взял наизготовку шариковую ручку из подставки.

Ая на мгновение замялся, потом улыбка тронула его губы.

- Хондзё Юси, - сказал он и подхватил ключ со стойки.

У Фудзимии было специфическое чувство юмора.

Он повернулся спиной и на заплетающихся ногах побрел по коридору. И не видел, как портье ухмыльнулся ему вслед. А когда Ая закрыл за собой дверь и запер ее изнутри, портье снял телефонную трубку и набрал номер...

Ая бросил рядом с собой на стул влажное полотенце, содрал с гостиничной кровати покрывало, и нагишом растянулся на постели. Его сейчас не смущала ни сомнительная чистота простыней, ни подозрительный запах, напоминающий запах клопов. Снова опустевший желудок возмущенно бурчал, из-за стенки доносились стоны-охи-вздохи. Спать, спать... Все остальные проблемы – утром...

Нет, стоп! Ая с трудом оторвал от подушки отяжелевшую голову. От усталости он уже плоховато соображал.

Надо одеться. Надо встать и одеться... Он один, и его преследуют. Нельзя сбрасывать со счета возможность, что враги каким-то образом выследят его в этой гостинице. Они могли засечь включение мобильников убитых, когда Ая перебрасывал оттуда информацию.

Импровизированную «сигнализацию» в номере Ая устроил еще до того, как пошел в душ. Дверь номера открывалась наружу. Он, естественно, заперся изнутри на ключ, а к двери приставил наклоненный стул, сверху на него пристроил еще один стул и настольную лампу. Если дверь откроют снаружи, вся эта конструкция повалится с ужасным грохотом. Но спать раздетым, когда по пятам идут враги - просто верх безрассудства. Ая с немалым усилием поднял себя с постели и натянул грязную, пропотевшую одежду. Переодеться не во что, ну да ладно, переживем. Подумав, он еще и обулся. Ничего, гостиничным простыням это несильно повредит.

Отрубился Ая почти мгновенно после того, как его голова коснулась подушки.

Ему снились два поезда. Два моста на высоченных каменных опорах над бескрайней, в горизонт, водной гладью – то ли широченная река, то ли море, рябь волн далеко внизу, а по мостам параллельно друг другу мчатся два поезда. Ая стоит у окна, разглядывает летящий параллельным курсом поезд, и ему почему-то не кажется странным, что опоры моста не достают до поверхности воды, а тают где-то неподалеку от нее. Стекла в вагонных окнах мутные, закопченные и запыленные, сквозь них плохо видно – но кажется, что к окну поезда напротив приникла знакомая худощавая фигура... Человек в соседнем поезде с усилием сдвигает вниз оконную раму, поток встречного ветра разметывает его светлые волнистые волосы... «Ёдзи!» - Ая пытается докричаться сквозь встречный ветер, но поток воздуха уносит его вопль назад. – «Ёдзи-и-и!» И в тот же миг поезд на мгновение замирает, а потом резко набирает скорость в противоположном направлении. Только что он летел параллельно – и вдруг стартует с места, размазанной полосой летит в другую сторону и скрывается из вида. И мост под ним тает...

«Ёдзи-и-и-и!» - ветер уносит его крик. – «Ёдзи-и-и-и!»

- Тише, тише! Не кричи... Я здесь, - прошептал кто-то, наклоняясь к нему.

Ая попытался открыть глаза. Не удалось. Веки словно склеены, их никак не удается разлепить и приподнять... И вообще, сознание было настолько мутным, что Ая не мог понять, спит ли он или бодрствует. Он то выныривал на поверхность, то проваливался в серый туман забытья. И чувствовал чье-то присутствие. Запах, дыхание... Кто-то сидел рядом с ним на краешке кровати.

- Кто здесь?

- Не бойся, это я, - снова шепот в самое ухо. К щеке Аи прикоснулись чьи-то губы, теплые, обветренные и чуть шершавые. Потом язык дотронулся до мочки уха, лаская и поддразнивая. Совсем как раньше, когда там еще висела длинная серьга.

- Ёдзи?!

- Да, да...

 

В окно с раздвинутыми жалюзи – Ая еще ночью, перед тем, как лечь спать, сдвинул их, чтоб устранить возможную преграду для бегства, если это вдруг понадобиться, - лился тусклый предутренний полусвет. Возле кровати серыми тенями замерли две фигуры. Один, сидя на краю, держал над висками спящего Аи ладони, не прикасаясь к его голове. Другой осторожно обшаривал прикроватную тумбочку. В тишине не раздается ни единого звука голоса, только тихонько шуршит ткань одежды. Если бы в комнате присутствовал кто-то еще, способный улавливать обмен мыслями, то он услышал бы диалог двух голосов, мужского и женского:

«Не трать зря время, он не положил бы кристаллы в тумбочку. Наверняка они при нем... Проверь карманы».

«Майк, ты хорошо его держишь?»

«Хорошо, хорошо! Лезь скорее!»

«Ой, Майк, смотри – у него разрядник в руке!»

«Вынь. Только осторожно. Очень осторожно...»

«Не могу-у! Он не отдает!»

«Не дергайся, сейчас он его выпустит».

 

Во сне Ая тянет руки, стараясь обхватить любовника за шею:

- Ёдзи, я так соскучился... Ты давно здесь?

- Нет, недавно. Я тоже очень соскучился, - Ёдзи наклоняется, и его язык облизывает губы Аи, потом легонько проникает в рот. Ае удается чуть-чуть приоткрыть глаза, и он видит любовника склоненным над собой. Наверно, это все-таки сон... Потому что у Ёдзи длинные вьющиеся волосы, которые он давным-давно остриг... Сон, сон. На мгновение – или на несколько минут? – Ая снова проваливается в туман; он не хочет проваливаться, не хочет снова расстаться с Ёдзи даже на секунду, особенно сейчас, когда они снова встретились после долгой разлуки. Он отчаянно хватает любовника за запястья.

 

«Скорее забирай разрядник, пока он его выпустил!»

Устройство, которое Ая назвал шокером, перекочевывает в карман женщины.

 

- Спокойно, спокойно, я здесь, - Ёдзи мягко высвобождает руки из захвата.

- Ёдзи... Ты... Ты меня узнал! Ты все вспомнил, да? Как ты себя чувствуешь?

- Все хорошо, не волнуйся...

«Что за хрень, Майк? Чего ты ему внушил? Почему он называет тебя Ёдзи?»

«Не знаю, не мешай! Ничего особенного я не делал. Просто зарядил ему эротический сон, а образ сексуального партнера он сам вообразил... Не отвлекайся, ищи!»

«Ничего нет. Ты хорошо его держишь? Мне надо залезть поглубже, проверить белье. Может, там?..»

«Лезь, я его держу. У него во сне сейчас такое кино идет!»

Жесткая ладонь проскальзывает под майку, и Ая приподнимается, чтоб помочь Ёдзи задрать ее. Ладонь скользит по груди и гладит соски. Ая извивается от удовольствия, елозит бедрами, чувствуя, как нарастает напряжение. Он сам просовывает руку под пояс и ласкает себя. Ёдзи сдвигает молнию на его джинсах, его ладонь тоже просовывается внутрь – хотя ему неудобно подлазить с этой стороны, он дергает пояс джинсов, жестом давая понять Ае, что хочет стянуть их вниз. Тот приподнимает бедра, позволяя освободить себя от тесной одежды. Как неудобно было в них спать... Зачем вообще он лег прямо в джинсах?!

Эту мысль ему не дает додумать до конца Ёдзи. Его рука ощупывает Аю – пока что поверх плавок, но даже такое прикосновение вышибает начисто все ненужные, посторонние мысли.

«Майк, там ничего нет! Может, кристаллы и не при нем?»

«А где еще?! В офис он не заходил. В банковскую ячейку спрятать не мог, ночью банки закрыты. В камеру хранения на вокзале?! Надо быть полным идиотом, чтоб там их оставить!»

«Но куда же он дел кристаллы?!»

«В задницу засунул! Да не смотри ты так, я шучу... Хотя в каждой шутке, сама знаешь... Надо бы проверить.»

«Я не буду!»

«Ладно, попробуем по-другому. Это сложно, но попробую... Если получится, то он сам их отдаст.»

Ая подается навстречу ласкающей его руке и, несмотря на приближающийся пик, вдруг снова проваливается в сон, словно ныряет в глубину. Оттуда, из-под толщи воды он видит, как сверху проплывают цветные картины, словно панорама на экране телевизора – смеющийся Ёдзи рядом с ним в автомобиле, ветер врывается в опущенное стекло, волосы Ёдзи бьются на ветру.

«Майк, а у него в реале кто-то есть?»

«Губки раскатала, да?! Закатай обратно. Он гей. И у него есть любовник».

«С чего ты взял?! Ты это у него в воспоминаниях видишь?» - мысленный голос напарницы обиженный и возмущенный.

«Нет, просто знаю. По жизни. Они давно живут с напарником, который сейчас остался в Канзас-сити.»

«Это он и есть Ёдзи?!»

«Да кто бы знал их настоящие имена! Может, и Ёдзи...»

Ая не слышит тех, кто сидит рядом с ним, но во сне они с Ёдзи проезжают мимо дорожного щита, на котором громадные буквы приветствуют гостей Канзас-сити. Эта яркая картинка проплывает мимо, растворяется и тает, Ая на мгновение снова ныряет в туман и выныривает к сидящему рядом любовнику.

- Эй, ты уснул, что ли? – теребит его Ёдзи. - Эй, слышишь?!

Ая приподнимается и обеими руками обвивает его шею, притягивает к себе:

- Наверно, да... Что ты сказал?

- Я спросил, хочешь ли ты, - голос Ёдзи шелестит легкой улыбкой.

- Я все ждал, когда же ты это скажешь, - Ая тихо смеется в ответ – радостный, счастливый.

- Только... – голос Ёдзи вдруг спотыкается.

- Что – «только»?

- Понимаешь, травма... Все-таки это бесследно не проходит... – Ёдзи со смущенным видом мнется покачивает головой. – Короче, я не уверен. У меня может не получиться...

- И что ты предлагаешь?!

- Кристаллы... Мы можем использовать кристалл.

- Ёдзи, что ты несешь?!

- Никто не узнает! Мы потратим совсем немного! Его энергия поможет... Достань кристаллы! Они же у тебя, я знаю! Ну, не жадничай!

- Какие еще кристаллы? Чего вы все до меня докопались с этими кристаллами?! То те два придурка на платформе, то вдруг ты...

Ая злится, мечется на кровати и мотает головой. И вдруг чувствует, как будто бы его выталкивает из глубины наверх – только не сквозь воду, а сквозь слои тумана. Кристаллы... Кристаллы! От него все хотя какие-то кристаллы! Даже Ёдзи... Нет! Это не Ёдзи! Ёдзи тут нет, он остался в Японии! Он не может прийти к Ае в номер и требовать какие-то кристаллы, все это полная чушь...

«Майк, он просыпается!»

«Вижу! Черт, я не могу его удержать! Он не подчиняется!»

«Ты же мог?!»

«Только пока он спал! А теперь он проснулся, и я не могу, он не поддается! Я не могу им управлять!»

 

Ая разлепил веки с таким трудом, будто их во время сна залили клеем.

Тусклый предутренний свет... Две фигуры в комнате. Что это за люди?! Как они вошли?! Почему он ничего не слышал?! Они сумели бесшумно обезвредить его примитивную «сигнализацию»?!

Сознание постепенно прояснялось. Ая чуть скосил с трудом фокусирующийся взгляд. Разобранная пирамида из двух стульев и лампы валялась на полу недалеко от двери, а он сам лежал на кровати в задранной майке и полуспущенных джинсах. Два чужака рядом... Один сидит на краю постели, другой – нет, другая, это девчонка – стоит поодаль и держит наперевес шокер. Шокер! Рука Аи машинально пошарила под правым боком. Ничего нет! Они забрали его шокер!

Он рывком натянул джинсы обратно и застегнул пуговицу. В этот же миг девчонка нажала на кнопку, и с металлических штырьков сорвался белый зигзаг молнии. Аю это ничуть не взволновало – он уже знал, что разряды этого странного прибора не причиняют ему вреда. А на лицах незваных гостей отразились непонимание и ужас, в точности, как у преследователей из поезда. Парень, длинноволосый, высокий и худой, сидел ближе всего к Ае – он и получил первым, не успел ни отскочить, ни даже отклониться. Удар ногой пришелся ему под подбородок. В который раз Ая порадовался, что предусмотрительно лег, не снимая одежды и обуви. Раздался резкий хруст, парень гортанно вскрикнул и захрипел, его голова мотнулась вбок под неестественным углом. Последним, что услышала его напарница, был мысленный импульс: «Беги! Это не Рэй!»

Ая этого, разумеется, не слышал. Девчонка в панике швырнула в Аю шокер и с визгом бросилась из комнаты. Он подхватил странное оружие и ринулся следом, но на долю секунды задержался, чуть не запутавшись в скинутом на пол покрывале. Девчонке хватило этой форы, чтоб скрыться за углом. Когда Ая выскочил вслед за ней в коридор, ее уже не было видно. Он в три прыжка преодолел расстояние до двери на улицу и увидел задний бампер отъезжающего автомобиля – незваных гостей ждал сообщник в машине с включенным мотором, и ему оставалось только нажать на стартер.

Автомобиль не остановить... Ая по инерции пробежал вслед еще несколько шагов, потом затормозил и метнулся обратно. Адреналин бурлил в крови. Может, следовало бежать отсюда сразу, не возвращаясь в номер, но Ая сначала решил проверить, жив или нет тот парень, и есть ли у него при себе оружие или что-то еще, что могло бы пролить свет на то, кто это такой. Ая не сомневался, что эти ребята – подельники его вчерашней жертвы из депо; но хотелось узнать что-то более конкретное. Благодаря слишком малой и обрывочной информации, полученной от заказчика, Ая не знал, с кем имеет дело.

Худой парень был уже мертв – оказалось, Ая ударом ноги сразу сломал ему шею. В карманах не нашлось никакого оружия, кроме такого же шокера с семью зарядами, на этот раз – заряженного полностью. Плюс тридцать пять долларов мелкими купюрами, банковская карта, водительское удостоверение, распечатанная упаковка жвачки, телефон... Ая обесточил его и сунул в карман. Просматривать некогда, надо срочно уносить ноги. И не через дверь – как бы там уже не поджидали копы... Он открыл окно и спрыгнул на улицу. Благо, первый этаж.

Вопрос – куда бежать?! В Нью-Йорк, где ждет наниматель? В Канзас-Сити?

Стоп, одернул себя Ая, когда уже мчался по улице прочь от мотеля. При чем тут Канзас-сити? Откуда вообще пришло ему на ум название этого города? Никогда никаких дел не было у него в Канзас-сити. Может, вчера услышал от кого-то?

А, наплевать! Сейчас прямым ходом – на автовокзал, а там разберемся. На автовокзале надо будет найти банкомат и снять деньги. Теперь уже не страшно, если засекут его карту, он и так уже засветился до кишок.

Общественный транспорт еще не выезжал на линию, по пустынным улицам проносились редкие автомобили «ранних пташек» да рабочие машины городских служб. Делать нечего, придется ловить попутку и рисковать еще раз.

Ая тормознул частника, отойдя на пару километров от мотеля. На заднем сиденье были навалены штабеля коробок какого-то товара... Оставалось надеяться, что этого коммивояжера не найдут ни копы, ни подельники убитого. На рассвете улицы еще пусты, и примерно через полчаса Ая уже выскочил на площадь перед железобетонной коробкой автовокзала.

 

...Банкомат недовольно пискнул и сообщил, что счета с таким номером не существует. Ая протер глаза. Он еще не совсем проснулся, что ли?

Не доступ к счету заблокирован, а именно – не существует счета. Что происходит?

Автомат ошибся, считывая с карты номер счета? Может, Ая нечаянно повредил карту? Или полоса на ней размагнитилась? Было бы еще более-менее понятно, если бы заблокировали счет. Но полностью его уничтожить? Хотя почему нет? Какая, в сущности, разница – заблокировать или закрыть совсем, при любом раскладе Ая остался практически без денег...

Спокойно, одернул себя Ая, почувствовав надвигающуюся растерянность – хотя другой, более эмоциональный человек, наверняка ощутил бы на его месте панику. Спокойно. Ничего. Это неприятно, это создает множество дополнительных сложностей, но не страшно. Он справится. Сейчас можно отправиться из Сент-Пола в любую сторону, в какую угодно, не обязательно в Нью-Йорк.

Если подумать, то даже хорошо, что не хватает денег на билет. Когда его будут искать, то обязательно опросят кассиров и работников вокзала. Кто-нибудь да вспомнит, куда покупал билет азиат с приметными красноватыми волосами. А ведь уехать из города можно и другим способом... И пусть тогда попробуют найти!

Из здания автовокзала Ая удалился, так и не подойдя к билетной кассе. Он нашел ближайший магазин «секонд-хэнд» и вскоре вышел оттуда с потрепанным, но вполне годным – а главное, совсем дешевым рюкзачком, который теперь был набит шерстяным пледом и свитером. Потом посетил гипермаркет, в котором нашелся отдел дешевого белья, - покупать ношеное Ая все-таки побрезговал; прикупил запас фаст-фуда и воды. С одной стороны, все это пригодится в походной жизни, с другой – автостопщик без вещей выглядел бы подозрительно. А теперь все нормально.

...От последней остановки городского автобуса пришлось топать пешком пару километров – или, по здешним меркам, полторы мили, - прежде чем на вскинутый вверх большой палец отреагировал очередной водитель. На этот раз рядом притормозил белый пикап, из кузова которого Ае замахала руками лохмато-джинсовая орава. Ая в первое мгновение опешил и даже слегка испугался – совершенно незнакомые парни и девчонки приветствовали его как старого знакомого. Как будто бы они по какой-то нелепой случайности разминулись, а потом неожиданно встретились.

Ая не стал кочевряжиться, и запрыгнул внутрь. Уселся прямо на дно, ухватился за нагретый солнцем бортик, вожак компании постучал кулаком по кабине, давая знак водителю, пикап стартовал с места – и мимо замельтешила однообразная полоса «отбойников» на середине хайвэя.

Впервые в жизни он ночевал в степи у костра. Компания экономила даже на мотелях. Косячок по кругу, от которого Ая отказался – он и без того был пьян, одурманен ночным ветром и волнами теплого воздуха, понимающимися от раскаленной за день земли. Жаркое лето на исходе, искры от костра и громадные звезды. Ая перевернулся на спину и раскинул руки; если долго смотреть в небо, то кажется, что летишь навстречу ему. «Хорошо бы вытащить сюда Ёдзи, чтоб он тоже посмотрел на эту красоту...»

От компании он незаметно оторвался в середине следующего дня. На окраине очередного крупного города орава двинулась дальше, на какой-то рок-фестиваль.

Ничего, ребята забудут его через день-другой... А его путь лежит дальше, в Нью-Йорк.

* * *

Ая, запрокинув голову, проглотил остатки воды из бутылки. Она почти не смочила пересыхающее от волнения горло.

Его загнали в угол. Линия оцепления замкнулась.

Вчера он попытался прикупить в аптеке кое-какие медикаменты, которые могут пригодиться при кочевой жизни. И оказалось, что карта социального страхования тоже недействительна. Такого номера не существовало.

Ая бросил пакетик с лекарствами на стойку, выскочил из аптеки и рванул со всех ног. Не дай бог, аптекарю захочется проявить гражданскую бдительность, и он позовет копов. А первый же коп обнаружит в документах Аи какой-нибудь изъян – разумеется, не настоящий изъян, потому что наниматель сделал ему надежные, подлинные документы, - а повод придраться и задержать. И тогда – всё, кранты. Шанс выйти живым из участка стремится к нулю.

И хуже всего, что в этой стране у Аи нет почти никаких связей...

«Совершенно не удивлюсь, если наниматель не ответит», - думал Ая, доставая из кармана мобильник и набирая номер. Для связи с нанимателем у него был отдельный, «чистый» аппарат – наниматель отвечал только на звонки с того аппарата, но Ая все-таки рискнул проверить... Нет, не повезло.

Механический голос сообщил, что набираемого номера не существует. Вот даже как... Не просто выключен или вне зоны действия сети, а как бы вообще не существует...

Да, обложили конкретно, машинально подумал Ая, выключая и пряча мобильник. Выживай, как хочешь. Как сможешь, так и выживай...

«Ничего, выживу», - сам себе мысленно сказал он. И не в таких переделках выживал. Надо только добраться до Нью-Йорка, а уж там он найдет нанимателя и возьмет его за жабры.

А может, никого и на за что брать не нужно, а лучше выбросить телефон и раствориться в многомиллионной стране, затеряться в ней, как песчинка на пляже в Майами?

Эта мысль в первый момент испугала его своей внезапностью. Никогда еще Ая не мог даже помыслить о том, чтоб оборвать все связи с прошлым и настоящим. Тем более, что было, чего рвать... И сейчас есть... Ёдзи...

«Я ему нужен», - сам себе сказал Ая.

«Сейчас ты ничем не можешь ему помочь», - возразил внутренний голос.

«И он мне тоже нужен».

«Он даже не узнал тебя», - внутренний голос был безжалостен.

«Я не могу его бросить!» - с отчаянием надавил Ая.

«А ты и не бросишь», - последовал твердый и уверенный ответ. – «Ты просто на время исчезнешь. А потом, когда вас обоих спишут по статье «естественная убыль», вернешься и заберешь его к себе. Ведь к тому времени ты где-то как-то устроишься, правда? Не станешь же подражать вон тому типу?»

Ая сидел на бордюре в скверике, где мельтешила ребятня; а неподалеку с сосредоточенным видом рылся в урне грязный оборванный бродяга. Он недобро зыркнул на Аю, словно предвидя в нем ожидаемого конкурента.

«Не стану».

«Вот и замечательно. Хватит ныть, вставай и начинай действовать прямо сейчас».

Самое первое по очередности в списке – это найти работу, на которой при трудоустройстве не спросят карту SSN. А потом искать возможность обзавестись легальной картой. В конце концов, есть же у него опыт. Он уже обустраивался в Америке, когда прилетел сюда в первый раз. Придется повторить этот путь, ну разве что с некоторыми осложняющими условиями.

Ая наконец-то встал с бордюра, потянулся и пошевелил затекшими плечами.

Как ни странно, он вдруг вместо отчаяния и беспомощности ощутил злой задор. Надоело все эти годы постоянно быть марионеткой в чужих руках? А что, если для разнообразия попробовать «соскочить с веревочек»? Ая недобро усмехнулся, повернулся к бродяге спиной и зашагал прочь. Куда – он пока не знал. Но собирался подумать об этом по пути.

* * *

…- Заполните, пожалуйста, анкету… - пышногрудая рыжеволосая девица протянула ему два листа бумаги.

В офисе было душно, и по этой причине верхние пуговицы на блузке девицы-менеджера были расстегнуты «до критической отметки». Обращаясь к собеседнику, она старательно поворачивалась так, чтоб обеспечить для Аи как можно более полный обзор. А пока он читал анкету, девица с томным видом покусывала кончик авторучки. Ая, подняв глаза, встретился с ее игривым взглядом и снова равнодушно уставился в подслеповатый оттиск плохо заправленного копира. Ему было совершенно наплевать на девицу. У него давно уже гудела голова и урчало в желудке. Эта фирмёшка была уже пятой за сегодняшний день…

И двадцать третьей за неделю. Все время и силы Ая теперь тратил на поиски легальной работы.

Он искал таковую по двум причинам. Первая: объявлений о найме киллеров в газетах не печатают. Если Ая решит заняться прежним ремеслом, то еще неизвестно, когда он сможет выйти на тех, кто предоставит ему эту работу. И до того времени надо как-то существовать.

А вторая причина заключалась в совсем противоположном намерении. В голове иной раз пошевеливалась каверзная мысль: а может быть, вообще завязать с наемничеством? Начать тихую спокойную жизнь законопослушного обывателя... Тем более, что шанс подвернулся – за прошедшие недели с Аей никто ни разу не связался и никто подозрительный не появлялся в поле зрения. То ли враги потеряли его след, то ли вовсе перестали искать.

Он три недели колесил по стране в разных направлениях, нигде не задерживаясь надолго. Запутывал следы, перебивался разовыми заработками. И как только подвернулся случай, Ая обзавелся личным автомобилем. Он просто угнал машину – старый драндулет, такой, чтобы копы наверняка не захотели поднимать задницы ради поиска этого ведра с болтами. А потом сменил его через скупщика краденых авто на другой драндулет, не лучше предыдущего. Поколесил на обменной тачке по двум штатам, потом сменил ее еще раз в третьем штате. Последний раз Ая поменял автомобиль на чуть более лучший вариант – выложил в качестве доплаты последние заработанные деньги, но ему была нужна безотказно работающая, пусть и неказистая машина.

И вот тут-то путь и привел его в Канзас-сити.

Сначала Ая собирался просто проехать через город, благо подрулил к окраине еще в середине дня. Проезжая мимо супермаркета, он вышел запастись продуктами в дорогу и клюнул на объявление о том, что здесь требуется подсобный рабочий. Потом до восьми вечера прождал менеджера, а в итоге Аю на работу все равно не взяли. Раздосадованный и злой, он остался ночевать в Канзас-сити.

На мотеле Ая решил сэкономить и устроился спать в машине. Спал он беспокойно, урывками, то и дело просыпался, ворочаясь на неудобном бугристом заднем сиденье. Мысли о Ёдзи сегодня почему-то особенно настойчиво лезли в голову. В какой-то момент Ае показалось, что тот сидит на водительском месте и задумчиво ерошит пятерней свою прежнюю волнистую шевелюру. Ая вскинулся и чуть не вышиб пяткой боковое стекло. Нет, водительское кресло пустое, в машине никого больше нет... А в памяти засел клочок рваного сна. Кажется, Ая уже видел его раньше – как они вместе с Ёдзи въезжают в Канзас-сити, форточки опущены, в них врывается поток теплого ветра, локоть Ёдзи небрежно выставлен из окна...

Гм. Что же это такое? Что бы это значило? Ая так и не смог сомкнуть глаз до рассвета. А к утру созрело решение – задержаться в этом городе и поискать здесь работу. Почему-то Ае казалось, что это очень важно. Объяснить это логически он никак не мог даже сам для себя, и в конце концов махнул рукой, решив довериться интуиции. И как только осознал это решение, то провалился в глубокий и спокойный сон. Пусть всего на каких-то два часа, но проснулся он бодрым и отдохнувшим, готовым осуществлять свое намерение - заняться поисками легальной работы для водителя с личным автомобилем.

В четырех местах его опередили другие соискатели. От одного Ая отказался сам – чутье подсказывало, что здесь ищут простака, которого можно кинуть на деньги; еще пять объявлений были устаревшими, там давно уже нашли себе водителей; в остальных местах записывали номер телефона Аи и просили подождать несколько дней. До сих пор не перезвонил никто…

И вот сегодня он сидел в офисе мелкой полиграфической фирмешки. Помещение изо всех сил старались сделать презентабельным. В «прихожей», где принимали клиентов и соискателей, вдоль стен выстроились стеклянные шкафы и витрины с образцами продукции, но по углам валялись измазанные краской распечатки, обрезки разноцветного картона, лоскуты пленки, стопки бракованных буклетов. Дряхлый кондиционер, забитый пылью, надрывался и натужно гудел, но не мог ни на йоту разогнать духоту в помещении.

- Производственные помещения нашей фирмы находятся в… - рыжеволосая девица назвала район города, но это ровным счетом ничего Ае не говорило, - и задача водителя – возить из офиса на производство материалы, оформленные и подготовленные к печати заказы и забирать с производства готовую продукцию…

«Ничего, разберемся, - думал Ая, машинально кивая в такт ее трескотне. – Хоть бы сюда взяли, что ли…»

Нет, на сегодня определенно хватит собеседований. Отсюда надо идти прямым ходом в кафе и наконец-то съесть чего-нибудь …

- Марла, солнце мое, - хамоватый голос над ухом Аи бесцеремонно перебил тетушку, - ты можешь мне объяснить, почему у меня на столе лежат три метра желтого флекса и метр белого, когда должно быть наоборот?!

Голос. Какой знакомый голос…

Аю словно прошило разрядом тока. Он осторожно поднял голову и обернулся.

Рядом с ним стоял Ёдзи.

* * *

Сердце Аи несколько раз судорожно дернулось, а потом сорвалось с тонкой ненадежной нити и ухнуло куда-то в пятки, по пути совершенно забыв, что ему, вообще-то полагается биться.

Ёдзи стоял, небрежно зацепив большой палец одной руки за край кармана, а другой пятерней ерошил и расчесывал свою прежнюю, хорошо знакомую волнистую копну.

Он же давно ее остриг, машинально подумал Ая. На последней миссии Ёдзи был с коротким светлым ежиком волос. Неужели его волосы за это время успели отрасти до плеч? Нарастил с помощью каких-то парикмахерских ухищрений, что ли? Нет, ерунда, сам себе ответил Ая, не женщина же он все-таки.

Да черт с ними, с волосами-то, но вот нога... У Ёдзи были сломаны обе берцовых кости. Когда они успели срастись полностью? За четыре месяца? Этого слишком мало для такого перелома. Ёдзи не смог бы сейчас ходить без костыля или трости, даже если его накачивали стимуляторами регенерации. В любом случае, он еще долго будет хромать.

«Стоп, я же не видел, как он ходит», - мысленно одернул себя Ая. – «Надо сначала посмотреть на его походку, а потом делать выводы.»

Но Ёдзи не делал ни шага. Он стоял на месте и вдохновенно собачился с Марлой по каким-то производственным вопросам.

Только один раз он бросил на Аю взгляд - и это был взгляд, обращенный к знакомому человеку. Радостный и укоряющий одновременно.

«Неужели? Мне не померещилось?! Он меня узнал... Он вспомнил!» - теперь сердце Аи колотилось судорожными рывками. – «Но почему же он держится со мной, как с чужим? Почему не заговорил, не окликнул по имени и вообще делает вид, что увидел меня впервые?!»

Ая поймал себя на том, что уже несколько минут он не слышит ничего из сказанного вокруг. Шумовым фоном висела перебранка с Марлой. А он тупо пялился на длинного мосластого парня, как две капли воды похожего на его любовника.

Ёдзи выглядел точь-в-точь как тот самый, которого помнил Ая. Те же зеленые нахальные глазищи, те же кисти с крупными костяшками и жилистые предплечья со светлым пушком. Та же изящная неряшливость в жестах и в одежде. Лимонная рубашка Ёдзи была застегнута всего на три пуговицы в середине, и когда парень жестикулировал, то сквозь расходящиеся внизу полы мелькал поджарый живот, и совсем уж неприлично по офисным меркам виднелась темная впадина пупка.

Немного повыше нее, на уровне нижнего ребра, должен быть шрам, подумал Ая. Вернее, даже два. Он их прекрасно помнил. Как бы проверить, на месте шрамы или нет… Черт, не видно, рубашка настолько высоко не распахивается…

Между тем парень поймал взгляд, настойчиво обшаривающий его пузо. И, похоже, ничуть не смутился. Наоборот, состроил насмешливую гримаску.

А Ая заметил, что его взгляд перехватили.

«Да, это совершенно в духе Кудо. Он бы тоже ничуть не смутился. Особенно в свете того, что между нами было... Неужели он все вспомнил и поехал за мной в Америку?! Но как он мог знать, что я задержусь в Канзас-сити... А ведь он тут работает, это понятно по разговору с менеджером, и работает не первый день...»

Мысли тяжелыми всплесками бились внутри головы, как бьется в стенки картонного пакета взбалтываемый кефир.

«А может, это дело рук Мамору? Новый Персия переправил Кудо в Америку, его агенты следили за моими разъездами по стране и подстроили эту встречу? Получается, я должен благодарить Мамору за встречу с Ёдзи?!» - невесело усмехнулся про себя Ая. – «Неужели добрые чувства Персии к бывшим товарищам по команде простираются столь далеко?»

Если только Мамору не собирает их вместе ради того, чтоб уничтожить одним ударом, добавил внутренний скептик. Сайдзё Такатори распорядился убрать их еще до той памятной миссии... Тогда Мамору сделал красивый жест, и пошел вместе с командой – может быть, он в глубине души надеялся, что они все там погибнут и ему не придется марать руки и совесть? А потом, когда они все-таки выжили, Мамору опять не решился запачкаться, но теперь дед его продавил и вынудил закончить начатое? Все может быть.

Вопросы без ответов все громоздились и громоздились друг на друга. Ая чувствовал, как у него начинает кружиться голова.

Он мысленно встряхнулся и заставил себя прислушаться к происходящему. Разговор между Ёдзи и Марлой шел о том, что кто-то из сотрудников перепутал и привез в офис некий «флекс» - что это такое, Ая толком не знал, но догадывался, что речь идет о каком-то материале, - не того цвета. Вернее, не привез нужное количество флекса белого цвета. А теперь этот некто уже умотал по делам на другой конец города, и докупить этот самый флекс сможет не раньше шести вечера…

- Короче, так, - резюмировал Ёдзи, - вот как хотите, так и везите мне срочно белый флекс, потому что резки там до хрена, а потом еще надо тащить его на производство и клеить, а завтра в девять уже явится Джефферсон и начнет парить мне мозги!

- Ну… Ну, Дэнни, ну хоть один разок съезди сам! – взмолилась Марла.

Ага, отметил Ая, значит, здесь Кудо почему-то зовут Дэнни… Ну что ж, это совсем неудивительно. Ему могли сменить документы.

- Не буду, - отрезал Дэнни-Ёдзи. – Во-первых, если я сейчас соглашусь и поеду, то вы обрадуетесь и решите, что можно постоянно меня использовать, а на шофере сэкономить. А во-вторых, я же говорил, что я сейчас без колес, позавчера тачку в сервис загнал! Я что, на метро попрусь за флексом?!

- А это даже быстрее получится! Метро в пробках не стоит! – с жаром выпалила Марла.

- А как я, по-твоему, с больной ногой буду ковылять пешком от ближайшей станции до их офиса?! – парировал Дэнни-Ёдзи.

От упоминания больной ноги по нервам Аи словно проскочила электрическая искра.

Марла набрала в грудь воздуху, чтоб что-то ответить, потом поперхнулась им и проглотила уже заготовленное возражение, но вдруг с торжествующим видом указала на сидящего перед ней Аю. Видимо, решение проблемы пришло ей в голову буквально секунду назад.

- Вот! Вот же! Мистер… - Марла заглянула в анкету, - мистер Фудзимия! Можете считать это испытательным заданием. Надо съездить и купить три метра белого флекса. Адрес и все нужные данные я вам сейчас напишу.

- Слава богу, - хмыкнул Дэнни-Ёдзи.

«Я же еще плоховато знаю город, - молнией пронеслось в голове у Аи. – Не настолько хорошо, чтоб быстро обернуться туда-сюда. Наверняка сейчас пробки… Надо знать, где и как их объехать… Я не успею, меня не возьмут, и у меня не будет повода более находится здесь. И как я тогда смогу понять, вспомнил меня Ёдзи или нет?! И вообще, как он сюда попал? Я не могу просто так взять и уйти… Я не могу опять расстаться с ним!»

Пока Марла что-то чертила и писала на листе бумаги, спешно выдернутом из кипы черновиков, Дэнни-Ёдзи направился через офис к выходу.

Взгляд Аи впился в него, как пиявка.

Парень немного прихрамывал на правую ногу. Но шел он вполне уверенно, без костыля, без трости, и даже за стену не хватался.

«Может, Критикер опробовали на нем какие-то новые технологии лечения? – пронеслось в голове у Аи. – Прибрали к рукам все, что добыли у Эсцет, а тут кстати и подопытный кролик подвернулся... Получается, я опять-таки Мамору должен благодарить за то, что Кудо настолько быстро поставили на ноги?»

Вряд ли по бесстрастному лицу Аи кто-то мог бы прочитать, что творилось сейчас в его душе. А в ней злость и досада в адрес бывшего Оми, ставшего всемогущим и коварным Мамору Такатори, перемешивались с радостью за то, что Ёдзи уже вполне здоров и нормально ходит.

Ёдзи бойко похромал в коридор. А Ая, пропуская мимо ушей щебетание менеджера Марлы, продолжал смотреть ему вслед.

Интересно, кем он здесь работает? Как Ая понял по некоторым косвенным намекам, кем-то вроде оператора печатной техники. Странно... Вроде бы Ёдзи никогда этим не занимался. Но, с другой стороны, напомнил себе Ая, о художественных способностях Ёдзи он тоже не знал до тех пор, пока их обоих не отправили на задание в академию Коа. Может, Ёдзи обучился, пока выздоравливал? Может, он и здесь какое-то задание Критикер выполняет и для этого овладел новой профессией?

Марла тем временем закончила писать и протянула Ае лист бумаги с адресом и даже коряво нацарапанной схемой расположения некоего «JBT».

- Это магазин, где мы покупаем расходные материалы, - пояснила она. – Вот адрес. Знаете, где это находится?

Ая машинально кивнул. Он понял, что если сейчас признается в своем незнании города, то не видать ему этой работы, как своих ушей.

- Вот наличные, так будет быстрее. Возьмете у них счет. Все понятно?

Ая кивнул, вскочил, торопливо попрощался и выскочил за дверь.

Дэнни-Ёдзи ушел недалеко. Он пофигистично, прямо под табличкой «Курить запрещено», дымил на лестничной площадке. Ну вот, отметил Ая, он и курит точно так же, как раньше... И нажал кнопку вызова лифта.

Дэнни-Ёдзи быстро погасил сигарету о подошву и шагнул к Ае. Встал рядом, небрежным жестом заложил руки в карманы и бросил, не меняя безразлично-веселого выражения лица:

- Явился – не запылился! Где тебя носило целый месяц, командир ты хренов?! Не дергайся, тут не слушают. Видео пишется, в коридоре стоят стандартные камеры слежения с передачей на пульт охраны внизу, а звук не пишут, я проверял. Можем поговорить спокойно.

В горле у Аи что-то дернулось, словно он подавился словами. И замер с приоткрытым ртом. В шахте натужно урчал мотор, и было слышно, как погромыхивает подъезжающий лифт.
 

* * *

- Где тебя носило все это время?! – Дэнни-Ёдзи с прочно и вполне убедительно приклеенной добродушной улыбочкой выплевывал слова сквозь зубы. – Я тут сижу, как полный идиот - без связи, без указаний; пашу, как конь, на этого жмота, всем этим дебилам-клиентам подмахиваю, как последняя шлюха, и что делать дальше – понятия не имею! Томаса задергал – он тоже ничего не знает... Командир группы уехал – и с концами! Жив ли, нет ли... В головном офисе только руками разводят... Труп не находили, живого не видели, телефон отключен... Я весь как на иголках, места себе не нахожу! Где тебя носило?!

Лифт подъехал и с натужным вздохом растащил в стороны створки. Ёдзи замолчал. Он ждал ответа.

И Ая молчал. Он понятия не имел, что сказать в этой ситуации. Высказанные претензии стали для него полной неожиданностью.

Он был внутренне готов к тому, что Ёдзи не узнает бывшего любовника и равнодушно пройдет мимо, если его амнезия никуда не делась. И одновременно с робкой надеждой ждал, что Кудо все вспомнит. Мечтал, как тот при встрече радостно сграбастает Аю в объятия.

Но чтобы вот так... Ае понадобилось несколько минут, чтоб сообразить, в чем тут может быть дело.

Похоже, амнезия оставила в сознании Ёдзи черную дыру, и эту дыру заполнили ложными воспоминаниями. Кто? Может, Критикер. А может – Совет ста. Ёдзи внушили, что они вместе с Аей по-прежнему на кого-то работают здесь, в Америке. Раз упомянут головной офис – значит, речь идет о крупной организации, кроме всего прочего имеющей региональные отделения. Ёдзи узнал Аю в лицо... Значит ли это, что он действительно вспомнил бывшего напарника и любовника? Или ему просто показали Фудзимию на фото?

«Помнит ли он о наших отношениях?» - пронеслось в голове у Аи. – «Что он теперь думает обо мне? Кем он меня считает? В той реальности, которую ему нарисовали, я ему только командир группы или все-таки... »

- Я тут извожусь, как не знаю кто! Целый месяц... - тон Дэнни-Ёдзи вдруг резко изменился, и стал умоляющим и жалобным. – Ну, неужели нельзя было хотя бы смс-ку сбросить? Хотя бы сообщить, что ты живой?!

«Значит, я для него не только командир...» - радостно и несмело всколыхнулось внутри.

- Я не лезу в твою жизнь, - вдруг продолжил Дэнни-Ёдзи, хотя его никто не тянул за язык, а Ая уже изготовился взять его за плечи, развернуть к себе и, глядя в глаза, наконец-то все объяснить. – Я давно уже не спрашиваю, что за дела у тебя внезапно возникают в разных концах страны. Но мог бы ты хотя бы просигналить, что жив, если уж собрался где-то зависнуть? Или тебе до такой степени на меня наплевать?!

Ая опустил уже поднятые для объятий руки. Что-то тут не так. У Ёдзи в голове творится что-то странное. Для него сочинили легенду, в которой Ая изменяет ему направо и налево, врет, исчезает без предупреждений? Но зачем?!

Ая по-прежнему молчал. Теперь он боялся испортить всё неосторожным словом.

Ёдзи не выдержал первым и опять заговорил – резко, запальчиво, но теперь в его голосе звучали умоляющие нотки:

- Рэй, ну, ты объяснишь мне хоть что-нибудь или нет?!

«Рэй?! Значит, ему просто показали мое фото и назвали другое имя, раз он считает меня каким-то Рэем... Ну, допустим, меня так зовут по новой легенде. Но если бы Ёдзи меня действительно все вспомнил – то не стал бы наедине называть меня ненастоящим именем...»

Значит, амнезия никуда не делась... Ая поник. В душе разливалась горечь разочарования. Ёдзи его не помнит. Но все-таки он здесь, рядом! Он вполне здоров, и это уже хорошо! Его сочли годным для полевой работы – и это просто замечательно! Пока неясно, действительно ли Ёдзи снова агент под прикрытием, или над ним проводят какой-то психологический эксперимент, но теперь они, по крайней мере, могут быть вместе! И даже по легенде они напарники.

«Я не просто могу быть рядом с ним – я теперь обязан! И теперь я постараюсь все наладить...» - огонек надежды снова затеплился.

Теперь как бы так осторожно выяснить, что Ёдзи о нем знает? Что об Ае-Рэе сказано в легенде?

Ая слегка кашлянул, прочищая пересохшее от волнения горло.

- Я... Я задержался, - выговорил он, стараясь, чтоб голос звучал как можно увереннее. – Кое-какие обстоятельства помешали вернуться сразу.

Дэнни-Ёдзи тяжело вздохнул. В его вздохе чувствовалась тупая ноющая боль от застарелой занозы: «Ну вот, опять... Как всегда...»

- А ты что-нибудь сделал за это время? – спросил Ая. Честно говоря, он надеялся, что Ёдзи выболтает все, что Ае-Рэю следовало бы знать. Но собеседник только фыркнул:

- Да практически ничего! Говорю же, вкалываю тут за компом, как Золушка, прогибаюсь под клиентов! Ну, составил список всех, кто к директору ходит, с кем он по сети общается... Отослал в головной офис. Оттуда ответили, что сетевых партнеров проверят сами, а насчет тех, с кем Джош Морган в реале дела имеет – все дальнейшие указания от тебя. Ты сам должен посмотреть и оценить – за кем проследить, на кого не распыляться. Вот я и не рыпался! Сижу и тебя жду... А то после того случая, знаешь ли, как-то не тянет проявлять самодеятельность!

Ая мысленно поставил галочку напротив «того случая». Надо будет осторожно выяснить, что там произошло. Из контекста следует, что Ёдзи огреб от командира за инициативу. Но только ли о служебном взыскании шла речь?

- Хорошо, покажешь мне список, и я подумаю, - осторожно сказал Ая.

Значит, теперь ему придется еще и вникать в какую-то неведомую миссию, которую неизвестно кто выдал? На самом деле, он согласился бы весь архив ЦРУ перетрясти, только бы делать это вместе с Ёдзи, чтоб как можно дольше оставаться вместе.

Когда Дэнни-Ёдзи говорил о делах, он становился похож на себя прежнего – опытного и уверенного, слегка небрежного, чуть насмешливого. Но как только он переключался на тему взаимоотношений – и в нем словно включалась личность другого человека. Ая с трудом его узнавал. Не укладывалось в голове, что отвязный оболтус и плейбой, когда-то отчаянным напором пробивший стену аиной холодности и отчужденности, теперь лебезит перед любовником.

Хотя... Было уже когда-то и такое. Давно. Когда Ая еще только-только пришел в команду цветочников, и Ёдзи нарезал свои первые круги вокруг него. Тогда, если между ними случались ссоры, особенно если они случались из-за выходок Ёдзи – то он потом униженно отирался у Аи под дверью, заискивал, старался поймать его взгляд и выклянчивал прощение... Но этот этап давным-давно остался позади.

А теперь Ёдзи словно отбросило на несколько лет назад. Он как будто бы забыл всё, чего они достигли вместе. Он как будто бы снова видел перед собой прежнего Аю – отгородившегося ледяной стеной эгоизма и вымораживающего всё вокруг себя. И мало того, он словно боялся этого прежнего Аи, которого почему-то звал Рэем.

«Что с ним произошло?» - который раз с горечью подумал Ая. – «Неужели это все последствия амнезии... Или с ним что-то сделали?»

А ведь вполне может быть, вдруг промелькнула мысль. Критикер же достались технологии воздействия на психику... Могли опробовать на подвернувшемся очень удобном подопытном материале... Ёдзи одинок, никто не заметил бы наступивших в нем перемен и не удивился бы им...

Душу свело зябкой судорогой. Потерянный и вновь обретенный близкий человек был не похож сам на себя.

Лифт давно уже захлопнул створки и уехал, прополз вверх-вниз мимо пятого этажа раза два или три. Ёдзи стоял рядом, взвинченный, как пружина, переминаясь с ноги на ногу, и не знал, куда девать руки. То тянул их к Ае, то, словно испугавшись, осекался и опять цеплял большие пальцы за края карманов.

Интересно, он хотя бы имя свое помнит?

Ая пошевелился, тоже сунул руки в карманы, сделал несколько шагов туда-сюда. Остановился у Ёдзи за спиной. Тот стоял с покорным видом, повесив голову, и, похоже, чего-то ждал от собеседника.

- Ёдзи, - тихо, вполголоса позвал Ая.

А у самого него внутри екнуло.

Дэнни-Ёдзи не пошевелился.

- Ёдзи, - так же тихо повторил Ая.

Тишина звенела такая, что стук сердца казался громче далекого гудения лифтового мотора.

Никакой реакции.

Ая перевел дыхание и шагнул вбок, попадая в поле зрения собеседника. Тот наконец-то обернулся:

- Ты что-то сказал? Мне послышалось...

- Нет, ничего.

Бесполезно. Он не помнит. Значит, придется называть его Дэнни... Ну что ж...

В прошлый раз Ёдзи проломил ледяную стену. «Теперь это придется сделать мне», - подумал Ая. – «Теперь моя очередь...» Значит, настало время возвращать долги.

Он повел плечами и снова нажал на кнопку вызова лифта.

- Дэнни, - медленно поговорил Ая, - ты сейчас очень занят?

- Нет. Пока не привезут флекс, мне совершенно нечего делать.

- Съездишь со мной? Я не знаю, где находится эта фирма. А ты вроде там уже бывал?

- Ага, бывал, - наконец-то оживился тот.

- Мы можем поговорить по пути, - предложил Ая.

- А ты уверен, что у тебя в машине нет «жучков»? – усомнился Дэнни-Ёдзи.

- Уверен.

* * *

- Не-не-не, прямо не надо! Вон туда сверни. Нет, не туда! Дальше! Видишь баннер, где тетка с утюгом? Вот под него в переулок. Там объезд, который почти никогда не забивается.

Дэнни-Ёдзи работал GPS-навигатором, а Ая под его руководством рулил по забитому пробками городу. И надо сказать, продвигались вперед они довольно быстро. Когда Ая колесил по собеседованиям в одиночку, он то и дело попадал в еле ползущие потоки или умудрялся свернуть в самый забитый машинами проезд.

Он очень надеялся, что когда они окажутся в машине вдвоем, то Дэнни-Ёдзи наконец-то признается...

Но Дэнни-Ёдзи не стал разговаривать о делах, несмотря на уверения, что в машине нет подслушивающей аппаратуры. Перестраховывался, что ли... Сначала он уставился в окно и вроде бы не обращал на водителя никакого внимания, но стоило Ае сосредоточиться на дороге, как он буквально кожей почувствовал на себе пристальный взгляд. Он повернул голову: Дэнни-Ёдзи украдкой смотрел на него, как преданный пес на своего хозяина.

- Что такое? – нахмурился Ая.

- Да нет, ничего, - и Дэнни-Ёдзи сделал вид, что его очень интересует реклама на борту автобуса в соседнем ряду.

Он с нарочито беспечным видом развалился и сполз вниз на сиденье так, что колено оказалось на уровне форточки. Рука Аи чуть было сама собой не потянулась к этой острой угловатой коленке. Ая сдержал себя усилием воли. Рано. Еще слишком рано. Он еще не выяснил, что говорится в легенде, внушенной Ёдзи, об их отношениях.

- Дэнни… - Ая с трудом подавил желание снова окликнуть его «Ёдзи».

С языка рвалось имя напарника и любовника. С языка рвались вопросы...

- Чего? – обернулся тот.

Ая сглотнул заготовленную фразу.

- А... А что такое этот «флекс», за которым мы едем? – выдавил он, наконец-то найдя наиболее нейтральный и подходящий к теме вопрос.

- Пленка, из которой вырезается изображение и приклеивается термопрессом на хлопчатобумажную ткань, - охотно ответил Дэнни-Ёдзи.

На Аю обрушился поток профессиональных терминов и детальное описание этапов сложного производственного процесса изготовления маек с логотипом. Дэнни самозабвенно трещал - почти так же, как всегда делал это Кудо, когда бывал в хорошем расположении духа. Или наоборот, в неглубоком депрессняке, и хотел пустить пыль в глаза – дескать, у него все просто замечательно.

А потом поговорить так и не удалось. Сначала они долго ползли по пробкам. Потом Ая припарковался неподалеку от входа в офис торговой фирмы, и Дэнни сразу повел его знакомиться с продавцами. Потом закрутился деловой разговор, выбор материала и оформление покупки.

На обратном пути Дэнни-Ёдзи выскочил возле лотка фаст-фуда и вернулся с двумя пакетами. Сунул их Ае в руки и ввалился на сиденье. Ая передал ему обратно бумажные кульки с гамбургерами и жареной картошкой. И решил про себя, что это он есть не будет. Черт с ним, лучше потерпеть до вечера.

Дэнни, видимо, заметил недоверчивое шевеление его ноздрей, потому что усмехнулся и бросил:

- Да не бойся, тебе я гамбургеров не предлагаю! Для тебя я сэндвичи с тофу взял.

Ая вопросительно уставился на него:

- С тофу?

- Ну да, как всегда...

- «Как всегда»? – непонимающе переспросил Ая.

Он действительно не понимал.

Откуда выскочило это «как всегда»? Кому тут Дэнни-Ёдзи всегда покупал сэндвичи с тофу? Ая же всего неделю в Канзас-сити, и он тут впервые...

Несколько секунд они вглядывались в лица друг друга. Первым нарушил молчание Дэнни-Ёдзи.

- Слушай, Рэй, - бросил он небрежно и раздраженно, хотя в голосе звучали встревоженные нотки, - что с тобой произошло? Ты какой-то странный. Тебя разрядником случайно не щелкали?

«Разрядником?» - промелькнуло у Аи. – «Разрядник... А может, странный шокер избирательного действия и есть тот самый разрядник?»

Дэнни-Ёдзи расценил его молчание как знак согласия.

- Значит, все-таки щелкнули?! А то я понять не могу, что с тобой творится! Ты пропал неизвестно куда потому, что у тебя память отшибло? Ну, так и признался бы сразу, что в этом стыдного?! Ну, бывает такой побочный эффект. У некоторых наших бывало. Да, отшибало память. Чего ты боишься признаться-то?! Я же не потащу тебя силой к Джессике на гипноз. Просто сказал бы мне, чтоб я знал, где ты помнишь, а где не помнишь...

А ведь это выход, внезапно озарило Аю. Есть чем объяснить все провалы в познаниях. Пусть лучше Ёдзи считает их провалами в его памяти.

Он достал из-под куртки один из шокеров, с полной линейкой зарядов, который постоянно носил с собой, и протянул его Дэнни-Ёдзи.

- Ага! – обрадовался тот. – Значит, я был прав?!

Ая коротко кивнул.

- Где и как это произошло, помнишь?

- Я очнулся на платформе возле Сент-Пола, - Ая решил не вдаваться в детали.

- И кристаллов с тобой не было?

- Нет.

- Значит, их забрали, - Дэнни-Ёдзи отвернулся к окну. – Ну, ничего. Выкрутимся как-нибудь. Поехали в офис, изображать бурную деятельность...

Ая завел мотор и счел за лучшее сосредоточить все внимание на дороге.

Он так и не решил, как же ему лучше называть этого парня в своих мыслях. Сидящий рядом человек отличался от Ёдзи, по крайней мере, от прежнего Ёдзи, которого помнил Ая. Какую-то часть его личности амнезия изменила, какую-то – уничтожила. И это был уже не в полной мере Ёдзи... Но против совершенно чужого имени «Дэнни» бунтовала вся аина натура. Пусть это всего лишь псевдоним для миссии, вымышленное имя для новых документов. Ая с трудом заставлял себя произносить его вслух, когда обращался к собеседнику.

«Ладно», - решил он, - «Буду называть его двойным именем, пока не пойму, какого человека теперь в нем больше – прежнего Ёдзи или нового Дэнни.»

Обернулись они, по меркам мегаполиса, очень быстро. Всего каких-то два часа спустя Ая уже сидел в уголке офиса, а Дэнни-Ёдзи крутился волчком между компьютером и неким громоздким агрегатом. «Виуу-вжиу-жик», «виууу-вжиу-жик» - монотонно пел резак под гудение компьютера. Потом Дэнни-Ёдзи снял с плоттера ленту и принялся выдвижным канцелярским ножом сковыривать с нее обрезки пленки.

- Смотри, что получилось, - он чуть приподнял кусок ленты, предлагая Ае взглянуть.

Ая встал и наклонился над Дэнни-Ёдзи, заглядывая ему через плечо. На желтоватой подложке остались несколько расположенных так и сяк загогулин, в которых Ая не сразу узнал зеркально отображенные латинские буквы.

Кудлатая и уже не слишком свежая, захватанная за день шевелюра Дэнни, который то и дело «причесывался» пятерней, маячила прямо перед носом Аи.

Ая чуть прикрыл глаза, чтоб видимое не отвлекало и не сбивало ощущений, и осторожно принюхался. Он надеялся ощутить знакомый запах тела любовника, который прекрасно помнил и мог бы узнать безошибочно. Но нет... Все перебивал холодно-горьковатый аромат пахучего дезодоранта. Вдруг ноздри защекотало настолько сильно, что он не удержался и чихнул. Дэнни-Ёдзи обернулся, его взгляд на миг просветлел.

- А почему буквы шиворот-навыворот? – спросил Ая невпопад первое, что пришло в голову.

- Потому, что буквы прикладываются к майке вот так, - взгляд Дэнни-Ёдзи снова погас.

Он перевернул лист подложкой кверху:

– Потом их суют под термопресс или под утюг, держат… э-э… не помню, сколько минут, да неважно, все равно я не клею, Марианна клеит… Короче, потом вынимают и отрывают подложку. И буквы остаются на ткани.

«Я тебя не интересую? Тебя интересует только то, как флекс приклеивают?» - словно говорила его согнутая спина.

Ая, с безразличным видом просунув большие пальцы за ремень, сделал несколько шагов в сторону. Тем временем резак остановился, Дэнни заправил в него новую ленту. Когда он убедился, что процесс идет, как надо, то сунул в карман пачку сигарет, и бросил через плечо:

- Ты присмотри тут пока, а я выйду ненадолго.

На компьютерной стойке среди раскиданных ручек, замызганных распечаток и обрезков цветной пленки валялась приоткрытая барсетка, из которой торчал глянцевый уголок какого-то документа. Ая опасливо оглянулся на дверь и потянул картонный прямоугольник наружу. Водительское удостоверение штата Канзас. Тангирная сетка, отпечатанные на принтере угловатые буквы. Дэннис Морикава... Группа крови – та же, что у Ёдзи... Но дата рождения – другая. Тот же год, но другой месяц.

Ая вздрогнул от резкого хлопка - входная дверь распахнулась. Хромая, Дэнни-Ёдзи влетел в офис с такой скоростью, словно он только что ограбил банк и теперь за ним гонится отряд полицейских.

- Все, что ли? – он метнулся к плоттеру и закрутил рычажки, которыми регулировалось положение ленты. Дэнни-Ёдзи даже не обратил внимания на то, что наушники его айпода торчат из ушей Аи. Он стремительно сложил все вырезанные полосы флекса, бросил сверху последнюю, скрутил все в рулон:

- Давай, скорее заводи свою телегу, и валим в мастерскую! Я с тобой, дорогу покажу! Быстро, быстро, быстро, не тормози! – он защелкал «мышью», ставя компьютер на выключение, и буквально вытолкал Аю в коридор.

- Что за пожар? – недовольно спросил Ая, обнимая рулон вырезанной пленки, который Дэнни сунул ему в руки, пока сам возился с замком на входной двери.

- Босс подвалил! – бросил Дэнни и выругался – замок на внешней двери офиса, как всегда, заело в самый неподходящий момент.

- Ага, - понимающе поддакнул Ая. Босс – это всегда плохо и всегда невовремя.

- И с ним еще один, который из списка! И на глаза ему пока лучше не попадаться! – на бегу уточнил Дэнни-Ёдзи. – Ты куда?! – он цапнул Аю за рукав, когда тот уже шагнул к лифту. – Никаких лифтов, а то сейчас прямо в вестибюле с ним столкнемся! Уходим по второй лестнице, она вон в том конце коридора, а оттуда выйдем через запасной выход во двор!

Производственный цех полиграфической фирмы находился за городом, в небольшом коттеджном поселке. Ая подрулил к участку, отгороженному от улицы и соседей полоской традиционного белого штакетника. Посреди заросшего сорняками участка торчал недостроенный двухэтажный особняк с темными проемами незастекленных окон. Кое-где, в левой половине здания, стеклопакеты в окнах все-таки имелись. Внутрь дома вместо лестницы вели шаткие мостки – пара сколоченных между собой длинных досок, прогибавшихся под ногами при каждом шаге.

- Это особняк Моргана, нашего босса, - пояснил Дэнни-Ёдзи, видимо, подумав о провалах в памяти «Рэя». – Он его строил-строил, да так и не достроил, пока деньги были. А потом дела фирмы резко пошли вниз... Раньше производство находилось в другом месте, а когда там взвинтили аренду, Морган перевез все сюда. Так и живем...

Да, отметил Ая, сразу видно, что фирма еле-еле скрипит. Даже стекла вставить не на что. Удивительно, что она до сих пор не загнулась. То ли сами как-то умудряются держаться на плаву, то ли кто-то их удерживает от полного потопления. «Прямо как наш цветочный магазин», - невесело усмехнулся про себя Ая.

- Ты осторожней тут ходи, - предупредил Дэнни-Ёдзи. – И под ноги лучше смотри. А то неровен час, навернешься с этих мостков...

Мостки действительно так и норовили подкинуть посетителей вверх, словно акробатов на цирковых качелях.

Дэнни-Ёдзи вручил рулон флекса немолодой тетке в перемазанной красками майке и не менее живописных джинсах, а сам похромал куда-то вглубь коттеджа.

- Подожди здесь, - буркнул он на ходу.

Ладно, подождем.

Просторный коттедж в незаконченном виде являл собой печальное зрелище. Голые стены без намека на отделку, голый железобетонный пол, торчащие из дверных коробок вспученные хлопья уплотнительной пены, лестницы без перил… На втором этаже, в одной из комнат в углу приткнулись надувная кровать и облезлый корявый шкаф.

- Тут Марк живет, наш печатник, - пояснила Ае тетка в живописной рабочей одежде, заметив его заинтересованный взгляд. – Он приезжий, ну, и ради экономии прямо на работе обитает, босс ему разрешил… А что, так ему даже удобней. Боссу, в смысле. Работник всегда под рукой, если срочный заказ подвалил – не надо ждать, пока он дотащится с другого конца города через пробки, плюс он же бесплатный сторож…

- Всё, теперь можно домой валить, - подошел Дэнни-Ёдзи.

 

Когда они вернулись к машине, он достал из сумки и протянул Ае диск.

- Это что?! – не понял сразу тот.

- Список! - с укоризной бросил Дэнни-Ёдзи. – Я же говорил... Ты как, еще живой после сегодняшнего?

- А что?

- Надо бы список посмотреть. Я хотел показать тебе того типа, который в конце дня к боссу пришел. Мне кажется, его надо проверять в первую очередь.

Ая на несколько мгновений замер возле открытой дверцы автомобиля.

- Хорошо, поехали, посмотрим, - согласился он.

- Ну, если ты сегодня слишком устал, то я могу за руль сесть, - предложил Дэнни-Ёдзи.

Опять та же самая интонация. Честное слово, Ёдзи сам на себя не похож...

- Садись, - согласился Ая, протянул ему ключ от машины, влез на пассажирское сиденье и откинулся на спинку кресла.

Он действительно устал. К тому же не знал, куда ехать, он же понятия не имел, где живет Дэнни-Ёдзи. А куда еще они могли поехать? Ая же всего неделю как впервые появился в Канзас-сити.

Пока Дэнни-Ёдзи рулил по городу, Ая старательно запоминал дорогу. Район, куда они въехали, явно предназначался для состоятельного среднего класса. Добротные многоквартирные высотки с гладенькими фасадами, с чистыми тротуарами и ухоженными газончиками вокруг. Дэнни-Ёдзи загнал машину в подземный гараж и направился к лифту. Ая благоразумно позволил ему идти впереди.

Лифт остановился на пятом этаже. Пока Дэнни-Ёдзи ковырял ключом в замке, Ая разглядывал просторную и чистенькую лестничную площадку.

- Проходи, - Дэнни-Ёдзи прошел вглубь квартиры.

Ая огляделся по сторонам. «Неплохо же Ёдзи тут устроился...» После японской тесноты квартира поражала своим размахом. Просторная гостиная со стильной мебелью в светлых тонах, с широким диваном и большим телеэкраном напротив, стереосистема, на журнальном столике – навороченный мощный ноутбук последней модели. Рабочий стол тоже был, на нем стояли принтер и сканер, но ноутбук, видимо, хозяин перенес на более удобное место, поближе к дивану. Компакт-диски, журналы и разные мелочи аккуратно расставлены на стеллажах.

Ая машинально провел пальцем по ноутбуку, по журнальному столу. Пыль... Судя по ее количеству, здесь убирались около недели назад. Странно. Что же получается, Ёдзи с неделю не жил дома?

Ая прошел через гостиную и открыл внутреннюю дверь. За ней оказалась спальня с плотными, наглухо закрывающимися жалюзи, создающими внутри полную темноту даже среди солнечного дня. Ноги тонули по щиколотку в мягком ковре. Ая оглядел спальный гарнитур из натурального дерева. Широченная двуспальная кровать под атласным покрывалом выглядела совсем нетронутой. Когда это у Ёдзи был такой порядок?! Женщину он себе завел, что ли?

Кухня оказалась размером с небольшой актовый зал. Гарнитур из сочетания белых и темно-серых тонов радовал глаз строгой чистотой линий. Кухня была оснащена всем необходимым – микроволновкой, посудомоечной машиной, двухкамерным холодильником, многофункциональным кухонным комбайном с соковыжималкой, мясорубкой, блендером, миксером, кофеваркой и устройством для открывания консервных банок. Набор кастрюль на столе сиял вылизанными никелированными боками.

Кто же тут наводит всю эту идеальную чистоту?! С кем же теперь живет Ёдзи? Неужели притащил сюда из Японии ту медсестру?! Вот только оставь одного...

- Рэй, ты где?! – прервал его размышления оклик из гостиной. – Иди сюда, я уже все загрузил!

Дэнни-Ёдзи переставил ноутбук на письменный стол и ждал Аю, сидя перед экраном.

- Вот, смотри, это Роберт Такер, тот самый, который сегодня вместе с Морганом шел в офис.

С фото в досье на Аю смотрел импозантный мужчина лет сорока, с зачесанными назад, чуть вьющимися темными волосами, с внимательным и хищным взглядом. Его проницательные серые глаза, казалось, видят собеседника насквозь. Дэнни-Ёдзи пощелкал курсором, пролистал еще несколько фотографий, сделанных на улице. Вот подтянутый и сухощавый Такер с неким пузатым пожилым мужчиной. Вот он с высоты своего роста нависает над приоткрытой дверцей черного БМВ, а длинный хвост темных волос роскошным водопадом лежит на его спине поверх светло-серого пиджака.

- Он за последний месяц появлялся у нас семь раз, - прокомментировал Дэнни-Ёдзи. - Он вполне может быть заказчиком кристаллов. Постоянно назначает Моргану встречи, они созваниваются, общаются по аське. Томас прошерстил комп Такера – там совершенно ничего нет по нашим делам, прижать ему хвост нечем. Вероятно, о кристаллах они с Морганом говорят только при личных встречах... Если вообще встречаются ради этого. Надо бы организовать наружку и прослушку...

Ая машинально кивал головой и понимал, что совершенно не врубается в курс дела. Кажется, его «за глаза» включили в какую-то миссию, не сочтя нужным объяснить что-либо ему самому. А может, это психологический эксперимент? Не только над Ёдзи, но и над ним самим?

Ая потер ладонями лицо. Солнце уже почти опустилось к горизонту, его краешек сверкал из промежутка между домами на противоположной стороне улицы, оранжевые лучи скользили по поверхности мебели, в комнате уже сгустился полумрак. Пора бы уже заканчивать... Почему Ёдзи не идет мыться и переодеваться, а так и сидит перед ноутбуком, словно на работе?

Дэнни-Ёдзи в пол-оборота развернулся к Ае, сочувственно заглянул снизу вверх в глаза:

- Слушай, я смотрю, ты чего-то совсем выдохся? Ладно. Досье я тебе оставлю, на досуге посмотришь. Отдыхай, а завтра поговорим. В офисе будь к девяти, не опаздывай, а то Морган беситься начнет. Дорогу помнишь? Или давай лучше схему нарисую, как отсюда удобнее добираться...

«Почему? Разве мы не вместе утром туда поедем? И куда это Ёдзи собрался уходить из своего жилья?» - мысли в голове у Аи были вялые и еле-еле шевелились.

Дэнни-Ёдзи встал, потянулся и пошел в прихожую. Ая минуту-другую слушал, как он надевает свои сандалии, и только тогда до него дошло:

- Дэнни, а ты куда?

- Ну, как – «куда»? Домой! – раздалось из прихожей. Ая вышел туда.

- А-а... Ты разве не здесь живешь? – медленно выговорил Ая.

Дэнни-Ёдзи выпрямился и пристально посмотрел на него.

- Н-да, крепко же тебя шибануло, - задумчиво протянул он. – Раз ты забыл даже, кто где живет... Кстати, где твои ключи от этой квартиры?

- Нету, - Ая отрицательно качнул головой и переспросил: - От этой? А есть еще какая-то?

- Есть, - с горечью ответил Дэнни-Ёдзи. Но большего уточнять не стал. Добавил только: - Потерял, значит... Ну ладно, держи, - он отцепил один ключ от своей связки и положил его на тумбочку.

- Дэнни!.. – Ая смотрел, как тот медленно отпирает замок и кладет ладонь на дверную ручку.

- Рэй… до завтра... - Дэнни-Ёдзи уже собрался захлопнуть за собой дверь, но вдруг оглянулся на пороге. Ворвавшийся с лестничной площадки сквознячок растрепал его волосы.

Ая стоял, ничего не понимая. Он ждал, что Ёдзи стремительно шагнет к нему навстречу и сграбастает в объятия. Но Дэнни-Ёдзи молча стоял и теребил дверную ручку.

- Дэнни, завтра я закажу себе ключ. А этот верну тебе.

- Ладно... – Дэнни-Ёдзи повернулся и наконец-то перешагнул через порог. – Ну, я пойду все-таки.

Ая побрел в «свою» спальню и повалился на «свою» кровать.

Происходящее становилось все более и более странным. Сначала Аю обзывают Рэем и сочиняют про него кучу информации, которую скармливают Ёдзи. А тот, поскольку ничего не помнит о прошлом, спокойно заглатывает ее. Похоже, Ёдзи используют втемную для новой миссии. Кто? Да хоть бы Критикер. Или Совет ста. Похоже, что втемную используют и самого Аю. Ему морочат голову. Создали квартиру, в которой он якобы жил. Квартира фальшивая, ясное дело. Создать такую подделку несложно.

Да, теперь понятно, почему здесь идеальный порядок. Потому что Ёдзи здесь никогда и не жил. Зато у него есть ключи от этой квартиры...

«Но как он на меня смотрел... Как будто ждал, что я предложу ему остаться? Может, надо было? Просто... Просто он всегда начинал первым, я и теперь ждал от него того же самого... Но он сейчас-то уже не такой, какой был... А другой... Немножко, но другой.»

Ая нехотя поднялся с кровати, заглянул в тумбочку. Распечатанная пачка бумажных салфеток, упаковка презервативов – прочных, для анального секса, - и тюбик смазки. Те, кто организовывал эту квартиру, были явно в курсе его сексуальных предпочтений.

Он прошел в гостиную и отодвинул створку шкафа. У Аи давно уже не водилось такого количества вещей. Ну разве что в полузабытом отрочестве, еще при живых родителях... А потом одежда совсем перестала его интересовать, он покупал только самое необходимое.

Ая растерянно перебрал висящие в шкафу вешалки. Одежда была явно ношеная. Не потрепанная, нет - совершенно целая, почти новая, но заметно, что ее уже надевали.

Он выдвинул ящик с бельем. Перебрал стопку белоснежных плавок. Вытащил и бросил на диван шелковые боксеры. Приподнял пальцем стринги телесного цвета. Кроме них, в ящике лежало еще несколько белых и черных.

 

Кстати, завтра ведь на работу идти. Надо подобрать что-нибудь подходящее из одежды, своя давно уже требует стирки.

Ая снова передвинул вешалки. Деловой костюм цвета антрацита, в котором не стыдно было бы появиться и на приеме у президента, кипельно-белые сорочки; целая галерея галстуков, бархатистая куртка из натуральной замши благородного бежевого оттенка, два серых деловых костюма разных оттенков, несколько летних рубашек спортивного стиля, кашемировое демисезонное пальто, утепленная куртка, яркий спортивный комбинезон...

Он снял с перекладины первые попавшиеся брюки, развернул их и приложил к себе. Брюки, видимо, предназначались для походов в ночной клуб. Вернее, в гей-клуб. Черные, облегающие и с заниженной талией, такие только со стрингами надевать. С теми самыми, телесного цвета. Нет, для работы это слишком экстремально. Он же не в гей-клуб устроился работать, в конце концов. В шкафу нашлось несколько джинсов. Ая примерил одни – джинсы сидели как влитые, туго облегая бедра и ягодицы. У них тоже оказалась заниженная талия. Да, теперь понятно, для чего в бельевом ящике столько стрингов...

На полках среди тонких водолазок и джемперов из альпаки он нашел хлопчатобамужные футболки и тенниски. Погода теплая, завтра надо надеть что-нибудь полегче.

Полки в ванной над джакузи с гидромассажем были уставлены множеством флаконов с гелями, пенками, шампунями, парфюмом разнообразного назначения. Ая снял крышку с прозрачной банки, в которой лежали какие-то темно-красные лоскутки. Задумчиво поднес ее к носу и недоверчиво втянул аромат сушеных розовых лепестков. Однако!

В ванну ударили тугие струи горячей воды, под потолком заклубился пар, зеркало заволокло испариной. После месячного скитания, ночевок в машине и в дешевых ночлежках, после замызганных душевых эта ванная показалась Ае раем на земле. Он подумал-подумал и включил гидромассаж. А ванна большая, вдруг подумалось ему, в такой двое запросто поместятся. Затащить бы сюда Ёдзи...

При мысли о Ёдзи он невольно ощутил нарастающее напряжение в паху. Ая устроился поудобнее, раздвинул колени, прикрыл глаза и представил поджарое и сильное тело любовника между своих ног. Одной рукой он коснулся ануса, а другой провел вверх-вниз по напряженному члену и дотронулся до головки. Упругие горячие струи воды массировали его бока, Ая оглаживал себя, представляя на месте своих пальцев губы и язык Ёдзи. Разрядка наступила быстро, буквально через несколько движений он выгнулся дугой и с тихим вздохом упал обратно, расплескивая воду.

Ая откинул голову на бортик ванны. Нет, с нынешним Ёдзи все очень неясно. Какой он неестественно для себя нерешительный и робкий... Прежний Ёдзи, едва переступив порог квартиры, схватил бы его в охапку, на руках отнес в спальню, повалил на кровать и содрал джинсы, выдирая пуговицу и ломая застежку. А потом достал из тумбочки смазку... Ая представил прикосновение прохладного геля к разгоряченному телу, и колечко мышц непроизвольно сжалось. А потом Ёдзи осторожно раздвинул бы его... В распоряжении Аи были только собственные пальцы, он выдавил на них немного обычного геля для душа, оказавшегося под рукой, и ввел два пальца внутрь. Закинув ноги на бортик ванны, он представлял, как забрасывает их Ёдзи на плечи. Ая добавил третий палец, и это стало немного более похоже на ощущение от проникновения члена. Он пошарил взглядом по полке – нет, к сожалению, флаконы все слишком большого диаметра. Или вовсе квадратные. Он всем телом подавался навстречу своей собственной руке, дотягивался так глубоко, как только мог. Нет, все-таки это не то. Ёдзи проникал гораздо глубже, Ёдзи заполнял его целиком, без остатка...

Ая снова выгнулся дугой и кончил во второй раз. Да, прежний Ёдзи сначала отымел бы его на кровати. Потом наконец-то отпустил бы в ванную и спустя буквально пару минут проскользнул туда, крепко обхватил Аю за плечи и нагнул прямо там. Ая представил себе, как он стоит, упираясь обеими руками в холодный скользкий бортик, а Ёдзи наяривает его сзади, короткими и энергичными толчками, его разгоряченное тело жарко прижимается сзади, а ладони настолько сильно стискивают аины бока, что перехватывает дыхание.

Нет, хватит, осадил себя Ая, трех раз вполне достаточно. Вода уже остыла.

А вот с нынешним Ёдзи надо еще разобраться, думал он, вылезая и заворачиваясь в махровое полотенце. «Ну ладно, посмотрим по обстоятельствам», - решил Ая. – «Поговорю с ним завтра в офисе.»

Потом он заварил чай и попробовал снова почитать досье на Такера и остальных членов списка. Миссия – так миссия. И Ёдзи ждет его указаний, в конце концов. Но мысли сбивались и путались. Какое отношение Роберт Такер мог иметь к неким кристаллам, про которые Ая вообще не успел разузнать, что это такое? Такер был представителем отдела инноваций компании под названием «Неолайн», которая разрабатывала высокотехнологичную медицинскую технику, в том числе приборы для контроля состояния пациентов. Сразу вспомнилась сестра в больнице, и попискивающий аппарат рядом... Ая встряхнулся и начал читать остальные пункты списка. Еще пять человек, за последний месяц регулярно посещавших по разным делам полиграфическую фирму Моргана. Вроде бы ничего общего между ними. И почему Дэнни-Ёдзи прицепился именно к Такеру?

«Надо завтра его расспросить. Сейчас я все равно уже не соображаю и ничего не могу решить без всей необходимой информации», - подумал Ая и выключил ноутбук.

Несмотря на усталость после напряженного дня, спал он плохо. Сон был дерганым и рваным, Ая то и дело просыпался и даже не всякий раз улавливал, спит он или бодрствует в данный момент. Он беспокойно вертелся на шелковых простынях, и все его мысли возвращались к Ёдзи.
 

* * *

Утром Ая выехал из подземного гаража на автотрассу очень озадаченным и раздраженным от невозможности найти объяснение очередной загадке.

И какой же черт дернул его именно сейчас заглянуть в ящик для обуви? Перед рабочим днем, когда надо сосредоточиться на текущих делах, а не ломать голову над ребусом?

Разнообразие обуви в приготовленной для Аи квартире не уступало одежде. Кроссовки, туристические ботинки – летние и утепленные, обычные городские туфли для всех сезонов... Все добротное, качественное, дорогое. И вся она была разношенная. Всю эту обувь по крайней мере несколько раз кто-то надевал.

Поддавшись некоему наитию, Ая сунул ноги в летние туфли. Они сидели на его ступнях идеально. Он примерил другие – то же самое. Он перемерил почти всю обувь, и результат оказался один и тот же.

Ее разнашивал человек со ступнями, точь-в-точь совпадающими с аиными. Вся обувь идеально прилегала к ноге, как будто ее разнашивал сам Ая.

Стоп, но это же невозможно! На свете не существует людей с точь-в-точь совпадающими ступнями, как нет одинаковых отпечатков пальцев... Кто же разнашивал эту обувь?! Сам Ая не мог этого сделать. Это не его старая обувь. Он никогда не покупал такого – это он прекрасно помнил. Ему-то, в отличие от некоторых, память не отшибло.

«А вдруг?» - кольнула неожиданная мысль и злорадно захихикала в голове.

Вдруг и над ним учинили нечто, похожее на происшествие с Ёдзи? Может, у Ёдзи амнезия вызвана не травмой, а другими причинами? Наркотик, аппаратное воздействие? Эсцет занимались разработками всей этой гадости, а ведь Критикер забрали все трофеи...

«Может, большая часть того, что я вижу и чувствую вокруг – не реальность, а иллюзия?» - эта мысль настолько захватила его сознание, что Ая чуть не проворонил загоревшийся красный сигнал светофора.

Вообще-то вчера Ае еще не ответили твердо и однозначно, берут ли его на работу. И с директором он вчера так и не встретился. Задание по подбору кандидата в водители босс отдал на откуп менеджеру Марле, но все равно окончательное решение оставалось за ним.

Но Аю взяли. Директор фирмы Джошуа Морган, подтянутый, интеллигентного вида мужчина лет под пятьдесят, с едва тронутыми сединой висками, сегодня с утра был в офисе. При встрече пристально обшарил Аю оценивающим взглядом, не менее проницательным, чем у Такера на фото. Вообще непонятно, что он делает в таком месте, как заштатная полиграфическая фирма, подумал Ая. С такой внешностью Моргану быть бы каким-нибудь пресс-атташе президента, по меньшей мере – крупной корпорации, а то и вовсе президента страны. А он тут сидит в душном офисе с плохо работающим кондиционером...

Морган не стал ни придираться, ни задавать вопросов – просто бегло сообщил, что новый водитель принят, и сразу же отправил к Марле, которая уже приготовила список поездок на сегодня.

Дэнни-Ёдзи поздоровался с ним спокойно, по-приятельски. Офис, все-таки. Хотя, окинув взглядом прикид, с восхищенным видом приподнял брови и еле слышно причмокнул. Ая глазами сделал ему знак – мол, надо поговорить по делу без чужих ушей, но тут его окликнула Марла, и Ая поспешил на ее зов. Работа есть работа, пусть это даже всего лишь прикрытие. Дэнни-Ёдзи с разочарованным вздохом уткнулся в экран монитора и принялся расставлять визитки на печатный лист.

От первого же взгляда на Аю у Марлы перехватило дыхание, и она чуть не опрокинула стаканчик с кофе, который только что принесла из кофейного автомата. Марла не столько объясняла Ае, куда ехать и что там забрать, сколько пялилась на тесно обтянутые джинсами бедра и выступающие под облегающей футболкой грудные мышцы. И когда она в очередной раз запиналась на полуслове, Ая с равнодушным видом возвращал ее из сладких мечтаний к суровой реальности.

Шанс поговорить выпал только в середине дня. Когда Ая привез с производства готовые заказы и поднялся в офис, он окликнул Дэнни-Ёдзи:

- Пойдем, поможешь мне! Надо покараулить коробки. Постоишь возле лифта, пока я буду подтаскивать их из машины.

Дэнни-Ёдзи с готовностью вскочил.

На улице, возле машины, он затянулся сигаретой и с готовностью обернулся к Ае:

- Ну, слушаю!

Ая задрал голову, высмотрел среди одинаковых ячеек окно офиса. Вроде никто за ними не наблюдает... А если и посмотрит – ну чего такого, перекур...

- Я вчера прочитал весь список. На мой взгляд, остальные пятеро, кроме Такера, заслуживают не меньшего внимания, чем он. Можешь объяснить, почему именно за ним ты считаешь нужным организовать наблюдение?

Дэнни-Ёдзи замялся.

- М-м... Если хочешь, считай это интуицией. Я данные на всех шестерых крутил и так, и сяк – вроде бы по каждому оснований достаточно. Но мне кажется, надо сосредоточиться на Такере. Я замечал некоторые моменты в его поведении...

Ёдзи жестикулировал зажатой между двух пальцев сигаретой. Ветер растрепал его волосы, стряхнул на глаза волнистую челку. Ёдзи зачесал ее назад пятерней. А ведь он как-то странно откидывает волосы, вдруг подумал Ая. И свободную руку держит как-то не так. В жестах Ёдзи появилось что-то, ранее незнакомое. Раньше он двигался немного иначе. И уж точно не пригибал голову, держался свободнее и раскованнее. А теперь у него постоянно зажаты мышцы шеи и плеч...

Ая слушал Ёдзи и ловил себя на мысли, что смысл разговора ускользает от понимания – чем дальше, тем больше. Он никак не мог сосредоточиться на задании. Вместо того, чтоб думать о слежке за Такером, Ая внимательно наблюдал за жестами Ёдзи и пытался понять – что в них ему кажется неправильным?

- Хорошо, я понял, - Ая остановил собеседника, едва тот закончил фразу и перевел дух. – Согласен. Убедил. Организую слежку за Такером. Меня же он еще не знает в лицо? Тем лучше.

Он вынул из кармана ключ и протянул Дэнни-Ёдзи:

- Вот, держи. Это дубликат, я заказал по дороге.

Он вложил ключ в ладонь Дэнни-Ёдзи и нарочно задержал руку, когда их пальцы соприкоснулись.

- Я думаю, стоит проверить, как он подходит к замку, - сказал Ая совершенно серьезным тоном, но тот, кто хорошо его знал, мог заметить за этой сдержанностью легкую улыбку. А Ёдзи очень хорошо его знал. Он умел различать, когда во взгляде Аи просвечивает улыбка.

Судя по реакции собеседника, Ая понял, что попал в точку. Дэнни-Ёдзи просиял и понимающе кивнул в ответ.

- Давай сегодня вечером подъедем ко мне и проверим ключ, - предложил Ая. И добавил все с той же интонацией: – Если, конечно, у тебя нет других планов...

- Нет... То есть планов других нет! – Дэнни-Ёдзи аж расплылся в улыбке до ушей.

- Ну, хорошо. Тогда договорились, - подвел итог Ая и отпер багажник. – А теперь тащим коробки к лифту.

Дэнни-Ёдзи затоптал погасшую сигарету и бросился помогать. При этом он летал чуть ли не шустрее Аи, несмотря на хромоту.

И, полностью поглощенный радостным предвкушением вечера, совершенно не обратил внимания, как неподалеку от них припарковался серый «Форд». Если бы Дэнни-Ёдзи присмотрелся, то мог бы узнать Роберта Такера, сидящего за рулем.

Такер разглядывал двух молодых людей, таскающих из багажника в вестибюль картонные коробки. Одного из них, светловолосого, он впервые увидел в офисе Моргана. А вот второй, азиат с волосами необычного красноватого оттенка, был знаком Такеру давно... Хотя сам он об этом не знает... Ну, во всяком случае, Такер надеялся на то, что информация не просочилась в противоположную сторону. Потому на всякий случай лучше не светиться... Такер удовлетворенно хмыкнул про себя.

А вечером Аю ждал сюрприз. Когда он привез в загородный особняк упаковки с чистыми майками под очередной заказ, весь личный состав мастерской встретил его на пороге, отмытый от красок и переодетый в цивильное.

- В чем дело?! – Ая даже слегка растерялся, глядя, как в его машину без лишних церемоний усаживаются трое. Еще пятеро утрамбовывались в машину Стива.

Оказалось, у босса сегодня день рождения, по поводу чего в офисе состоится гулянка. Так как сотрудники собирались от души набраться, то свои машины они решили оставить здесь – две спокойно помещались в закрытом гараже, а еще четверо отогнали автомобили на ближайшую охраняемую стоянку. Добираться из офиса по домам они планировали с помощью трезвых жен либо родни, которые приедут, заберут и доставят по назначению. А завтра на работу – уж как-нибудь...

Честно говоря, Аю это совсем не обрадовало. Возможность привезти к себе домой Дэнни-Ёдзи откладывалась до позднего вечера. И как бы не до середины ночи... Вместо этого предстояло сомнительное удовольствие сидеть в компании малознакомых пьяных людей, слушать их гогот и подначки, терпеть бесцеремонные шлепки по спине и отбиваться от подсовываемых стаканов. «Да ладно тебе, да брось ты – «за рулем»! Ну, такси вызовешь, или вон моя жена приедет меня забирать – и тебя докинет... Давай за здоровье босса!»

Пить вместе с ними Ая не собирался. Даже если сегодня не была бы назначена встреча с Ёдзи, он все равно не стал бы пить. А уж тем более...

Хотя, с огорчением догадался он, Ёдзи вполне может напиться на вечеринке. Не просто чуть-чуть выпить – а конкретно надраться. Тогда тоже выйдет облом... Вместо свидания получится доставка и погрузка на кровать невнятно бормочущего и мычащего Кудо. Эта мысль посетила Аю уже на середине дороги, когда он вел машину с хохочущими на заднем сиденье сотрудниками к офису. Последить за ним, чтоб не перебрал? Ага, попробуй-ка...

В офисе их уже ждали сдвинутые столы, тарелки с закусками и торт с розочками посередине. Две менеджерши носились вокруг стола, а Дэнни-Ёдзи, как единственный в офисе мужчина кроме именинника откупоривал бутылки. Ая оглядел алкогольный ассортимент предстоящего праздника и вздохнул. Да, чтоб надраться – Ёдзи хватит... А если ему не хватит – так он сбегает...

Гулянка быстро набрала обороты. Официоз с поздравлениями от лица сотрудников отработали и завершили быстро; бухгалтерша Джейн вручила Моргану от офисной братии кожаную папку, а Марианна от работников мастерской - хрустящую упаковку с каким-то мужским парфюмом. После нескольких тостов за столом разгорелся вполне дружеский треп, с сальными анекдотами и заливистым хохотом.

Дэнни-Ёдзи опрокидывал в рот один пластиковый стаканчик за другим. Вскоре он раскраснелся, глаза заблестели, движения стали разболтанными. Он весело болтал с сотрудницами, шутил и балагурил, как бы случайно дотрагивался до них довольно вольными прикосновениями. Ая мог бы поспорить, что Ёдзи еще и за коленки лапает их под столом.

Ае сунули в руки откупоренную бутылку пива, а в ответ на робкие отговорки «Я за рулем» в десять глоток дружно ответили, что найдется, кому довести его до дома и даже – при необходимости – дотащить до кровати. Так что пей! – прозвучал единодушный приказ сотрудников. Ая для вида чуть-чуть пригубил горьковатой жидкости, лишь бы отстали.

Хорошо, что народ быстро наклюкался и перестал обращать на него внимание. Ая отыскал среди снеди на столе что-то более-менее съедобное – булку, помидор, яблоко, несколько ломтиков сыра, сложил все это на пластиковую тарелку и тихонько удалился в коридор. В конце концов, можно пристроиться на подоконнике торцевого окна. Здесь, по крайней мере, тихо. Ая поставил тарелку, откусил кусок яблока и уставился в окно. Его грызла досада. И стоило ли днем делать Ёдзи недвусмысленный намек, если тот теперь весело бухает с сотрудниками и флиртует с девчонками из мастерской? Можно подумать, что ему совершенно наплевать... Если бы хотел, то мог бы уже сбежать с этой вечеринки.

Солнце уже свалилось за горизонт. В коридоре лампы горели через одну, было сумрачно и тихо. По линолеуму зашуршали шаги.

Черт побери, сюда кто-то прется. Ая обернулся, намереваясь встретить непрошеного компаньона взглядом, в котором бы максимально ясно читалось: «Вали отсюда. Развлекуха – вон в той комнате!»

Перед ним стоял Дэнни-Ёдзи с открытой бутылкой в руках и пластиковым стаканчиком. Он слегка пошатывался на длинных ногах и на какой-то момент показался Ае похожим на нетрезвого страуса.

Дэнни-Ёдзи подошел и решительно положил ладонь Ае на плечо. «А он не очень-то и захмелел», - отметил про себя Ая. Взгляд Ёдзи был вполне осмысленным. Он протянул Ае стаканчик:

- Выпьешь?

- Нет, - разлепил губы Ая.

- Ну, как хочешь... Тогда пойдем, - он не просил. Он распоряжался.

Вот теперь Ёдзи был уже гораздо больше похож на себя прежнего. Ая на миг даже обрадовался, несмотря на то, что злость и ревность еще не улеглись.

- Куда? Домой? – спросил он все еще сдержанно.

- Нет, гораздо ближе, - усмехнулся Ёдзи. И, не дожидаясь ответа, побрел к одной из дверей. Поставил бутылку на пол, извлек из кармана ключ и начал ковырять им в замке.

- А как же девчонки из мастерской? – нелюбезно поинтересовался Ая.

- Фигня, - Ёдзи отмахнулся. – Обязательная программа. Я ее уже отработал, могу валить на все четыре, меня там уже не хватятся...

Дэнни-Ёдзи несколько раз ругнулся себе под нос, прежде чем справился с замком. Потом распахнул дверь и кивком головы пригласил Аю войти внутрь.

- Тут пусто, арендатора пока нет, - пояснил он. – Мы сюда кое-какое наше барахлишко складываем...

Ая огляделся по сторонам. Обычный офис с простенькой стандартной мебелью, пустые стеллажи и столы, по углам – рулоны и стопки бумаги, какие-то коробки. Дэнни-Ёдзи запер дверь изнутри.

- Камер тут нет, они только в коридоре, - сказал он и приблизился к Ае вплотную.

Дэнни решительно взял его за плечи и придвинул к краю стола. Ая был вынужден опереться обеими руками о столешницу, чтоб не опрокинуться назад. Дэнни-Ёдзи навис над ним, придерживая за плечи, и заглянул в глаза решительным и отчаянным взглядом.

- До дома – далеко... Пробки... А я уже устал ждать, - выдохнул он шепотом. А потом разболтанными, но не менее решительными движениями начал расстегивать на Ае пряжку ремня. Стянул джинсы вместе с плавками вниз и встал перед Аей на колени. Прикоснулся губами.

«Вот это да!» - мгновенное удивление куда-то подевалось, не выдержав напора новых впечатлений.

Ёдзи делал это и раньше. Но он всегда делал это по-другому. Даже встав на колени, он оставался хозяином положения, он чуть насмешливо поддразнивал партнера и давал ему понять, что в его власти сделать с его телом такое, что Ая будет извиваться и просить еще. Ёдзи знал, как доставить ему удовольствие и делал это, не унижаясь. Прежний Ёдзи был напористым и настойчивым. Прежний Ёдзи не ждал от Аи высочайшего соизволения – он был настолько уверен в себе, что начинал игру сам. Бывало, что он заводил Аю точно такими же заигрываниями с покупательницами, как сегодня с сотрудницами фирмы. Но на этом сходство заканчивалось. Прежний Ёдзи знал, в какой момент бесящегося от ревности Аю надо припереть к стене и закрыть ему рот поцелуем. И в этом не было ни капли насилия – Ёдзи просто знал, чего хочет партнер на самом деле, и пресекал капризы, которыми Ая сам себе вредил.

А стоявший сейчас перед Аей на коленях Дэнни просто знал свое место. И это было понятно без слов, без лишних пояснений, это читалось в каждом его жесте. Этого парня когда-то переместили вниз, и он там так и остался. Его покорность выглядела рабской, в ней не было ни малейшего намека на то, что он осознает свою силу и уступает именно потому, что сильнее.

«Боже мой, что случилось с Ёдзи?..» - только и смог подумать Ая. – «Такое впечатление, что это вообще не он. Или его личность полностью переписали...»

Было похоже, что когда-то этот парень возражал и кочевряжился, но однажды его вынудили выбирать: либо ты подчиняешься и подстраиваешься, либо вали отсюда. И он сломался. Ему не нравилось прогибаться, но он все равно не смог уйти, не смог разорвать отношения. Прогнулся под партнера, начал угождать ему, одновременно ненавидя себя за эту слабость.

Ая с затаенным страхом и стыдом подумал, что когда-то давно он и сам выстроил бы отношения с кем-нибудь таким же образом, попадись ему партнер послабее духом, чем Ёдзи. Давно, когда он сам еще не понимал, насколько вымораживает все вокруг себя. Пока его не разморозил Ёдзи.

Скользя губами по члену, Дэнни-Ёдзи смотрел вниз. Ая осторожно, мягко обхватил его голову ладонями и остановил движение. Чуть-чуть отклонил ее назад, вынуждая посмотреть на него. Сам заглянул ему в лицо.

«Ну, чего опять не так? Чем ты недоволен?» - явственно читалось в собачьем взгляде Дэнни. – «Я делаю то, чего ты обычно требуешь. То, что тебе всегда нравилось. А ты опять хочешь меня пнуть?!»

- Ну что ты так смотришь? – прошептал Ая и потянул его за подмышки, вынуждая встать. Потом обнял и прижал к себе, одновременно просунув ладони под пояс его брюк сзади. Ая гладил его, не торопясь расстегивать на нем одежду. Точно так же, как когда-то Ёдзи делал это с ним.

Партнеру понадобилось совсем немного, чтоб возбудиться - сказалось длительное воздержание. Ая продолжал ласкать его, одновременно прикидывая, как лучше поступить дальше – у него не было с собой смазки. И в конце концов решил поменяться ролями. «Что ж, сыграем сцену в кабинке, только наоборот», - усмехнулся он про себя и опустился на колени.

Ая успел сделать всего несколько движений языком и губами, как вдруг партнер отшатнулся – настолько резко и внезапно, что даже напугал Аю своим порывом.

Дэнни-Ёдзи отвалился назад, неловко, неуклюже, потерял равновесие и присел на край стола.

- Ты не Рэй... – медленно выговорил он.

- Конечно, нет, - спокойно согласился Ая. – Я Ая.

Дэнни-Ёдзи помотал головой, как будто старался избавиться от наваждения:

- Погоди... Ты же на это имя отзывался... Я звал тебя «Рэй», и ты отзывался!

- Я подыгрывал, - признался Ая.

- На хрена?!

- Я думал, что так будет лучше.

- Кому лучше?!

- Тебе, - терпеливо пояснил Ая. – Раз ты меня не узнал, назвал Рэем, то я и подумал, что...

- Стоп! – Дэнни-Ёдзи перебил его резким выкриком. – Ну-ка скажи, кто я, по-твоему, такой?!

«Он вспомнил?!» - Ая не на шутку встревожился. – «Или пока еще не вспомнил, но уже усомнился?!»

- Ты - Ёдзи Кудо. И мы пять лет знакомы и работаем вместе.

У стоящего перед ним собеседника задергался уголок рта.

- Дэнни – это же псевдоним для миссии? – уточнил Ая. – У тебя была амнезия. Ты забыл свое имя, и тебе, наверное, сказали, что тебя зовут Дэнни. А я... Тебе показывали мое фото и сказали, что я – Рэй?

Дэнни попятился назад, как будто увидел привидение. Потом он разразился длинной нецензурной тирадой и вскочил на ноги, торопливо застегивая и оправляя на себе одежду. От его эрекции уже и следа не осталось.

- В чем дело? – вот тут уж Ая откровенно растерялся. Происходило нечто, не поддающееся объяснению.

- Ну-ка, расскажи, что было до того, как ты приехал в город, - потребовал Дэнни.

Ая раскрыл было рот, как вдруг Дэнни сам остановил его взмахом руки и вытащил из чехла на поясе мобильник. Аппарат закончил вибрировать и только-только запиликал мелодию звонка, как Дэнни нажал на «ответ».

- Да, я. Чего? Где?! Подожди! Подожди, ничего не делай, я сейчас! – крикнул он, рывком сунул аппарат обратно и бросился отпирать дверь, чуть не сломав ключ в замке.

Ёдзи – или все-таки Дэнни? – пулей вылетел в коридор и помчался мимо лифта, к лестнице.

Ая растерянно смотрел ему вслед и одновременно застегивал брюки. Он совершенно не понимал, что происходит. Но отточенная годами интуиция тревожным зуммером гудела о подступившей опасности. Кем бы ни был этот парень, но одного его сейчас отпускать нельзя.

Ая ринулся за ним, галопом вниз по лестнице.

* * *

Ая немного опоздал – он упустил Дэнни из вида и несколько минут метался по окрестностям офисного здания, ища, куда тот мог побежать. Когда Ая влетел во внутренний двор, то застал только самый финал представления. За мусорными контейнерами блеснул белый отсвет вспышки от разрядника – сначала один, потом другой. Ая бросился туда. Дэнни уже корчился на четвереньках на грязном асфальте, среди раскиданных распечаток и клочьев оберточной бумаги, а его окружали трое. Один совсем юный парень и двое мужчин постарше. Все трое держали перед собой разрядники наизготовку, у парня висела на перекинутом через плечо ремне небольшая сумка с расстегнутым замком-молнией. Неподалеку Ая заметил автомобиль с приоткрытыми дверцами, который урчал включенным мотором, и человек за рулем показался Ае смутно знакомым. Острые черты лица, темные волосы собраны в «хвост»... Такер?

Ая уже на бегу полез во внутренние карманы за стилетом и за разрядником. Он теперь постоянно носил с собой этот странный прибор. Кто бы ни были эти люди, но они заблуждаются точно так же, как те двое на железнодорожной платформе и как те двое в мотеле... Они полагаются на свои разрядники, которые почему-то не причиняют Ае ни малейшего вреда. Ничего, сейчас он развеет их заблуждения...

Шокер в левую руку, стилет в правую.

Три вспышки – по одной на каждого противника. По юнцу Ая промазал, зигзаг разряда не долетел около полуметра. Одного из мужчин слегка коснулось свечение, отчего тот взвыл, словно до него дотронулись каленым железом. Второй оказался весьма ловким и хорошо подготовленным бойцом - он увернулся в последние доли секунды, и зигзаг пролетел мимо. Последний, четвертый заряд тоже ушел в «молоко». Да, эти ребята оказались покруче неумех с платформы... Ая бросил опустевший и бесполезный разрядник и стремительно атаковал стилетом «подпаленного», целясь ему в правое подреберье, в печень. Но тот смог уклониться, лезвие прошло по касательной и всего лишь царапнуло его по боку. А Ая чуть не прозевал, как в кулаке второго мужчины тоже блеснуло лезвие выкидного ножа. Да, на этот раз придется попотеть... Ая увернулся и вошел в выпад, второй противник отпрянул, Ая сделал пару обманных финтов, отбил атаку первого...

- Макс, в сторону! – вдруг предостерегающе крикнул юнец и сунул руку в расстегнутую сумку.

Когда он выдернул руку обратно, то из его кулака на Аю смотрел черный глазок пистолета.

Очевидно, этот тип уже просек, что Ая не боится их разрядников. А за спиной – беспомощный Дэнни... Ая быстро оценил обстановку. Оставалось рассчитывать только на то, что юнца трясет нервная дрожь, и руки у него ходят ходуном. Неопытный, к подобным переделкам еще не привык и сгоряча может промазать. Был еще некоторый шанс, что юнец вовсе побоится нажать на спусковой крючок, но на это стоит рассчитывать только в самом крайнем случае. Ая метнулся назад и упал за мусорный контейнер. Юнец все-таки выстрелил – пуля оглушительно врезалась в металлическую стенку и увязла внутри, в мусоре. Как хорошо, что контейнер заполнен бумагой! Потом в контейнер ударила еще одна пуля.

Ая огляделся вокруг – как назло, ничего подходящего вокруг, чтоб этим можно было запустить в стрелка. Ни обломка кирпича, ни какой-нибудь подходящей железки... И до Дэнни не дотянутся, чтоб втащить его за контейнер. Но почему юнец не стреляет в Дэнни? Ая прислушался к шагам и осторожно переместился вокруг контейнера вправо. Стрелок обходит его слева. Надо допрыгнуть до нападающего с разрядником и прикрыться им, как щитом.

Но нападавшие и не думали обходить контейнер с двух сторон – наоборот, Макс рявкнул на юнца «Что ты делаешь, придурок?!» Потом над опустевшей вечерней улицей раскатился дробный топот подошв, и пару секунд спустя взревел мотор автомобиля. Нападавших как ветром сдуло.

Ая присел рядом с Дэнни, тронул за плечо:

- Что с тобой? Ранен?

Дэнни стонал и невнятно мычал, силясь произнести какую-то связную фразу. Но язык его не слушался. Ая быстро осмотрел и ощупал его – крови нигде не было.

- Разрядом щелкнули?

Дэнни кое-как изобразил согласный кивок.

- Сейчас скорую вызову, - Ая полез было в карман за телефоном, но Дэнни остановил его, вцепившись в руку, и захлопал себя по висящей на поясе сумочке, в которой он носил телефон.

- Достать твой телефон? Зачем?

Дэнни отрицательно замотал головой.

- Шп..ри-и-иц... – еле выговорил он.

Ая осмотрел сумочку – сбоку от отделения для телефона имелся еще один узкий кармашек, в котором лежал пластиковый пенал размером с палец. Ая снял с пенала верхнюю половинку и вытащил шприц-тюбик.

- Вколоть?

Согласный кивок.

- В мышцу?

Еще один кивок. Видимо, удар разрядником на какое-то время выключает возможность нормально шевелить языком.

Ая задрал левый рукав тенниски Дэнни и уже приготовился воткнуть иглу шприц-тюбика, как его самого словно огрело разрядником по нервам.

Татуировки на плече не было. Ни татуировки, ни шрама на ее месте. Гладкая чистая кожа, насколько можно было разглядеть в тусклом свете уличного фонаря.

Еще пункт из списка «найдите десять отличий». Это не Ёдзи. Это другой человек.

Конечно, есть шанс, что Ёдзи начисто вывели татуировку или удалили лоскут кожи и сделали пластику так, что не осталось следов... Но зачем? Какой в этом смысл?

Дэнни слабо застонал. Ая, очнувшись от ступора, все-таки воткнул иголку ему в плечо.

- Пойдем обратно?

Дэнни опять замотал головой:

- По-о-о-дооо-жди...

Несколько минут Ая просто сидел рядом на корточках и ждал, когда препарат подействует. Наконец Дэнни шевельнулся, завозился, подтянул ноги и сделал попытку встать. Но это у него получилось плохо, и он опять повалился набок. Ая подхватил его под мышки и потянул на себя:

- Вставай. Пошли в машину.

Дэнни повис у него на плечах тяжелым кулем, он еле-еле переставлял ноги.

- Сейчас я вызову скорую, - пообещал Ая.

- Не надо, - поморщился Дэнни. Речь его понемногу восстанавливалась и уже стала довольно внятной, хотя слова он выговаривал все еще медленно и с трудом. – Отвези меня домой...

- Тебе надо в больницу.

- Не надо... Они не знают, что делать... Дома есть лекарство... Вколешь...

- Ладно, - согласился Ая. Он уже доволок напарника до машины, нашарил ключи, помог Дэнни забраться на переднее сиденье, и пристегнул его ремнем. Дэнни откинулся на спинку, голова его бессильно мотнулась. Он прикрыл глаза, стараясь подавить головокружение. Ая обежал вокруг и влез за руль.

- Куда ехать?

Дэнни не отзывался, сидя с закрытыми глазами, только натужно дернул кадыком.

- Дэнни, я не знаю, где ты живешь...

Теперь Ае уже было ясно, что играть в прятки ни к чему. Парень рядом с ним – это не Ёдзи. Это действительно Дэнни Морикава. Может быть, Дэнни - его настоящее имя, а может быть - псевдоним из «легенды», но это совершенно неважно. Важно то, что это – не Ёдзи. Это его двойник. Просто двойник. Ая все еще ни на грамм не понимал, что происходит, но уже стало окончательно ясно - рядом с ним другой человек. Не зря же он казался странным и непохожим... Жесты, интонация, отношения... Это другой человек.

Дэнни назвал район и улицу.

- Найдешь?

Ая приблизительно представлял себе, где это находится.

- Подъедем поближе, дальше покажешь, - ответил он и завел мотор.

Пока Ая вел машину по ночному городу, он размышлял над происшествием. Похоже, эти типы не собирались убивать Дэнни. Скорее всего, они хотели оглушить его и забрать с собой для допроса. Но не успели втащить в машину, как примчался Ая и помешал. И даже убивать его они все равно не собирались по какой-то причине. Судя по реакции Макса, эти выстрелы были целиком самодеятельностью юнца, не входившей в план операции. Если бы нападавшие собирались ликвидировать всех посторонних, то срезали бы Аю выстрелами, пока он бежал к месту разборки. За рулем их автомобиля был Такер. Да, Дэнни насчет него не ошибся... Еще бы только объяснил, что они все тут делят. Жаль, что сейчас он не в состоянии долго шевелить языком...

По мере приближения к дому Дэнни потихоньку оживал, разговаривал он уже довольно внятно и четко, хотя при каждом резком движении головой закатывал глаза и судорожно втягивал воздух разинутым ртом, еле сдерживая дурноту. Но на ругательства сил у него уже хватало.

- Томас, гадина, предатель... – Дэнни выплевывал брань, перемежая свою речь через слово нецензурщиной. - Это он... с-сукин кот... меня выманил...

- Кто из них Томас?

- Который с пистолетом, молодой... Купили, значит... А он повелся, вот гнида! Ну, еще бы, ценный кадр, он огнестрел может носить... Конечно, будь он на их стороне – наши тоже постарались бы его перекупить...

Чем дальше, тем удивительнее, подумал Ая. В Америке получить разрешение на ношение огнестрельного оружия не так уж и сложно. Почему из этой компании только Томас может его носить? Что за странные бюрократические препоны? Или дело совсем в другом? Ладно, потом разберемся. Он притормозил возле многоквартирного дома:

- Дэнни, какой подъезд?

- Езжай дальше. Первый с того конца.

Дом был немного поскромнее, чем тот в котором «жил» Ая. Не квартал для бедных, конечно, просто немного менее ухоженный. Дэнни нетвердой рукой протянул Ае ключи.

- Проходи давай, дверь сам закроешь, а я пойду лягу… Пока не брякнулся прямо тут… - слабым голосом, проглатывая окончания слов, торопливо пробубнил он.

Ая на ходу содрал с ног обувь, не расшнуровывая, просто наступил на задники. Он был готов подхватить Дэнни под мышки, но сразу сделать этого не успел, а потом помощь уже не понадобилась.

Дэнни уже сам по стенке пополз вглубь квартиры. Он прислонялся к ней левым боком и перебирал руками. Когда короткий коридорчик закончился, Дэнни с усилием оторвался от стены и скрылся за межкомнатной дверью. Потом раздался натужный скрип пружин – видимо, тело рухнуло на лежанку.

Ая запер входную дверь, а потом прошел в комнату. Дэнни лежал, свернувшись калачиком поперек тахты, и тяжело, шумно дышал.

- Где твое лекарство? – коротко спросил Ая.

- Вон там, в среднем ящике, слева, - Дэнни указал на комод. – Пластмассовый пенал...

В пенале лежали пять шприц-тюбиков без какой-либо маркировки, начиненных прозрачной жидкостью.

- Вколоть прямо сейчас? – Ая достал один из них.

- Погоди... Ты не заметил время? Сколько времени назад ты вколол мне первую дозу?

- Примерно минут сорок прошло.

- Тогда подожди еще полчаса, - попросил Дэнни. – Вторую надо не раньше чем через час после первой... Вообще-то в идеале – через два часа, но мне надо скорее восстановиться...

- Значит, вколю через два часа, - пообещал Ая, убрал шприц-тюбик обратно в пенал, а пенал, на всякий случай, сунул в свой карман.

Дэнни, заметив это, поморщился.

- Они вернутся, - сказал он, кривясь. – Они знают, где я живу. И они уже поняли, что ты – не Рэй. Поэтому они вооружатся по-другому и будут стрелять на поражение. И не уйдут без меня...

«Значит, я не ошибся», - подумал Ая. – «Его хотели взять живым как заложника или чтобы выбить информацию...»

- Ты один не отобьешься. А чтоб я мог помочь, мне надо встать на ноги... И потому вколи мне вторую дозу через полчаса.

Ая посмотрел на него холодновато и отстраненно. Это не Ёдзи. Это совсем другой, чужой человек. И его, Аю, втягивают в какую-то непонятную игру и чужую войну... Вообще-то уже втянули.

- Огнестрельное оружие у тебя в доме есть? – медленно спросил он.

- Есть, - признался Дэнни. – На кухне... Навесной шкаф в самом дальнем углу от входа, на верхней полке...

Ага, самое подходящее место для хранения оружия, подумал Ая.

Пистолет незнакомой ему модели нашелся среди бытовой утвари в картонной коробке из-под печенья. В принципе, ничего особенного в конструкции не было, как понял Ая, осмотрев оружие. Девятимиллиметровый автоматический пистолет, рассчитанный на ведение огня одиночными и очередями, о чем говорил переключатель режимов стрельбы и магазин на двадцать четыре патрона. Просто неизвестная марка. Там же, в коробке, лежало две полных запасных обоймы. Вот только не чистили его несколько дней, и это было заметно - Ая потрогал пальцем загустевшую смазку. Он принес всё в комнату, поставил коробку на журнальный столик.

- Дэнни, какая-нибудь ненужная газета есть?

- На нижней полке... Любую возьми... – ответил он, не открывая глаз, и снова глубоко задышал, словно боролся с подкатывающей к горлу дурнотой.

- Что, хуже?

- Мутит... – еле выговорил Дэнни и приоткрыл глаза. При виде разложенного на столике пистолета и приспособления для чистки у него на лице отразилась брезгливая гримаса:

- Рэй... То есть Ая... Пожалуйста, унеси обоймы обратно... Унеси их на кухню!

- А в чем дело?.. – начал было Ая, как Дэнни перебил его резким взмахом руки:

- Отнеси! Мне... Мне дурно... Сейчас стошнит... Унеси скорее!

«Да что за странные причуды?» - удивился про себя Ая, но, глядя на искаженное гримасой лицо Дэнни, поспешил выполнить просьбу.

Когда он вернулся, тот медленно и глубоко вдыхал и выдыхал, словно с каждым выдохом выталкивал из себя дурноту.

- Ты же не знаешь, - виновато пояснил Дэнни. – Я не могу, когда рядом порох. Чем он ко мне ближе – тем мне хуже. Надо держать его от себя метра за три, как минимум...

- Как же ты носишь оружие?

- А я и не ношу. Дома хранить могу. Даже в машине возить с собой не могу, даже в багажнике... Если порох ко мне ближе чем на три метра – меня тошнит. Ну, взять в руки и выстрелить раз-другой могу, но сразу дурно становится. Когда тренировался – спецпрепарат давали, который подавляет реакцию... Но он дорогой, сволочь, его много не дают...

Дэнни с усилием переполз по тахте ближе к изголовью. Потом с не меньшим усилием приподнял голову и устроил ее на подушке. Отдышался, закрыв глаза. Ая терпеливо ждал.

- Я вообще не хотел держать эту дрянь дома, но Рэй настоял, чтоб было, - жалобно и словно бы извиняясь, сказал Дэнни. – Иногда приходится отстреливаться... Но редко. Наши конкуренты иногда нанимают обычных боевиков. Разрядники против них бесполезны. Я вообще предпочел бы рукопашку, но если их боевики со стволами, то против них с ножом, с дубинкой или с обычным шокером не попрешь. Вот и приходится...

Слышать это было странно и дико. Смысл постепенно доходил до Аи... И одновременно с ним подумалось, что, пожалуй, единственная польза от того, что он пересекся со Шварц на жизненном пути – это понимание того, что сверхъестественные вещи реально существуют. Иначе Ая вряд ли мог бы осознать, что какой-то человек не может находиться рядом с порохом. Это была особенность из одного ряда с телекинезом и телепатией. Только еще более странная. Шварц спокойно пользовались огнестрельным оружием. Их не тошнило. Значит, Дэнни – такой же?

- Ты... особенный? – слегка запнувшись, спросил Ая. Слово «паранорм» он так и не сумел произнести. Споткнулся об него.

Но Дэнни его понял.

- Ага, - кивнул он. И усмехнулся: - Однако... Я думал, что придется объяснять это гораздо дольше... Значит, ты уже встречал таких, как мы?

- Да, - коротко ответил Ая, опять вспомнив про Шварц. И на всякий случай уточнил: – Ваши электрошокеры не действуют на обычных людей?

- Не действуют. Это... Это не электрошок. Сложно объяснить... Это резкий выброс энергии совсем другого вида. Обычному человеку этот разряд не причиняет вреда. А нам поражает центральную нервную систему. Расстройство речи ты уже видел... Может быть и паралич, и амнезия... Можно и убить. Если выставить большую мощность, а человек слабый, то его вырубит насмерть...

- Я убил одного из ваших разрядом, - вдруг сказал Ая.

- Кого?! Где?!

– Не знаю. Я его впервые видел. На платформе. Их было двое, они на меня напали, когда я сошел с поезда. Второго я добил клинком.

- С поезда?! – Дэнни приподнялся и сосредоточенно морщил лоб. Шестеренки в его слегка контуженной голове напряженно поскрипывали. Наконец он откинулся обратно на подушку и тоном прожженного полицейского инспектора из плохого детектива выдал:

- Ну, теперь все ясно!

- Что ясно?

- Как все произошло... Вы с Рэем поменялись.
 

Рэй

...Он догадался, что произошло, в тот самый момент, когда увидел себя сидящим на скамейке напротив. Да, честно говоря, Рэй даже это счел бы неким оптическим эффектом, которые ему уже доводилось видеть, если бы не разница в одежде. Одежда сидящего напротив двойника отличалась от его собственной. Совсем немного – джинсы другого оттенка; куртка другого покроя, хотя очень похожего цвета; майка черная, а не темно-синяя. И обувь другая. Значит, это действительно двойник. Где вы видели отражение, одетое по-другому? Поезда расходились и уносили двойников в чужие миры. Туда, где должен был оказаться Рэй, поезд уносил его зеркальную копию из сопределья. А куда же несет самого Рэя?!

«Ну, я-то при любом раскладе выкручусь, а вот как выкрутится он...» Рэй, когда садился в поезд, заметил Клеща и Патрика, шмыгнувших в соседний вагон. Вот двойник-то влипнет, когда выйдет...

Непроизвольный обмен двойников - редчайший случай, один на миллион. Шансы на то, что он выпадет – мизерные, но он выпал. И как водится, в самый неподходящий момент.

Кристаллы, числом три штуки, пригрелись в колбочке у Рэя на груди. Специальный флакон из прочного пластика висел на шнурке под майкой. Как бы еще не потеряли энергию во время всех этих скачков по сопредельным пространствам... Неизвестно, куда поезд завезет Рэя. Придется какое-то время потратить на то, чтоб определить свое местонахождение и вернуться...

Чтоб попасть обратно, надо обязательно выйти на первой же остановке. Обратный поезд пойдет через сутки. Сутки спустя надо будет вернуться на ту же самую платформу, где ты вышел. И обязательно в тот же самый час и минуту, когда ты садился в прямой поезд. Другого способа нет... Если остаться в поезде, то не попадешь обратно. Просто будешь бесконечно ехать, ехать, ехать... В конце концов, проголодаешься и выйдешь хоть где-нибудь. А оттуда обратный путь может оказаться намного длиннее... Лучше всего выйти на первой же станции. Перекантоваться сутки в чужом мире и вовремя вернуться на платформу. Поезд придет, никуда он не денется. Они всегда приходят точно по графику.

Рэй внимательно смотрел в окно. Многие места он узнавал, поезд мчался по ближнему сопределью, Рэю уже приходилось здесь бывать. Но вот он пролетел мимо окрестностей Сент-Пола, нырнул в туман. Вынырнул, не сбавляя хода, проскочил еще две платформы. Однако поезд разлетелся, с недовольством подумал Рэй. Снаружи сгустилась ночь и стремительно перетекла в утро. Похоже, поезд движется на восток.

Они мчатся уже часа три... Рэй давно уже проголодался, бутылку с водой он тоже опустошил, и горло вскоре снова пересохло. Перекипевший адреналин бродил в крови и превращался в тупую усталость от долгого, изматывающего ожидания. Рэй, заметив соперников возле поезда, уже настроился на погоню и возможный бой. А теперь не факт, что они едут следом за ним... Если только за двойником Рэя не ехали двойники Клеща и Патрика...

Наконец поезд сбросил скорость. Мимо, все больше замедляясь, проплывали кварталы мегаполиса. Железобетон, стекло, неон. Поезд затормозил возле аккуратно прибранной, крытой платформы. Чавкнул распахнувшимися дверями. Рэй вскочил со скамейки. Ну-ка, посмотрим, куда на этот раз судьба закинула?

Ая

Дэнни перевернулся на спину и уставился в потолок:

- Рэй повез сдавать кристаллы в головной офис. Вообще-то мы должны были ехать вместе, но произошла нелепая случайность, глупая, просто глупейшая... Короче, я навернулся с лестницы. Смех сказать, с третьей нижней ступеньки... В итоге растяжение голеностопа и трещина в берцовой кости. Эх, и вкатил же мне Рэй за раздолбайство... Потому-то он и поехал один. Мы как раз накануне три кристалла нашли, тут хранить не рискнули. Вообще-то одному ехать – тоже риск, но Рэй такой... Он любит по лезвию пройтись. Уехал и пропал... Я тут целый месяц хромаю, кое-как на работу таскаюсь... Устроился в эту фирму Моргана, потому что как раз накануне отъезда мы нарыли сведения, что он нащупал целую жилу этих кристаллов и толкает их налево. Вкалываю, значит, там оператором печатной техники, жду указаний, а руководитель группы пропал, как в воду канул.

- Рэй – твой босс?

Дэнни кивнул:

- И еще мой… Так сказать, близкий друг…

- Бойфренд, - подсказал Ая. – Да, я уже понял.

Дэнни подсунул под затылок руку, приподнял голову немного повыше, приоткрыл глаза и уставился на собеседника:

- Рэй как две капли воды похож на тебя. Ты и он – одно лицо…

- И потому ты решил, что я – это он, когда я пришел по объявлению?

- Да...

Ая молча смотрел в пол.

- Так это ему ты обычно покупаешь сэндвичи с тофу? – наконец проговорил он.

- Да.

- Поэтому ты полез ко мне на вечеринке...

Дэнни тяжело вздохнул, что, очевидно, означало согласие.

- Ну, а дальше что?

- А дальше… Дальше ты должен помочь мне вернуть Рэя.

Ая уставился на собеседника удивленным взглядом:

- И как же я могу это сделать?! Я вообще не знаю, где он!

- Как ты сюда приехал? – встречный вопрос Дэнни прозвучал неожиданно. – Как ты попал к нам в город?

- Это имеет значение?

- Да.

Это «да» прозвучало настолько жестко и уверенно, что Ая невольно проглотил готовую сорваться с языка резкую отповедь.

- В Канзас-Сити я приехал на своем автомобиле.

- Откуда?

- Какая разница?!

- Ая, скажи, пожалуйста, откуда ты ехал на своем автомобиле? – Дэнни наседал с настойчивостью следователя.

- Я много путешествовал по стране, - сухо отрезал Ая.

- Грр... – похоже, Дэнни начинал терять терпение, хотя грозный рык из уст ослабевшего, с трудом поднимающего голову с подушки собеседника совсем не производил впечатления угрозы. – Ая, меня не интересуют твои предыдущие похождения, кроме одного – до того, как ты обзавелся своей машиной и начал разъезжать на ней.

- Вышел от железнодорожной станции!

- Как называется станция?

- Не знаю, там не было ни единой таблички, - Ая бросал короткие ответы с уже заметным раздражением, но Дэнни вцепился в него, как репей.

Сейчас он был совсем другой, совершенно не похожий на Ёдзи.

Ёдзи сейчас молотил бы языком, как кофемолка, сыпал бранью и цветистыми эпитетами, высказывал свое мнение об умственных способностях Аи и о странном устройстве окружающего мира. Дэнни же практически профессионально вел допрос, от одной интересующей его точки к другой, не уклоняясь и не сворачивая. В его придавленном физической слабостью голосе тем не менее звучал металл, в нем переплелся клубок стальных крючочков, и каждый из них цеплял собеседника за каждую сказанную фразу и не отпускал, пока не якорил за следующую.

- …И там стоит заколоченная будка кассира? А рельсовая колея всего одна?

- Да… - растерянно подтвердил Ая.

- Ладно, почти последний вопрос… На эту станцию ты приехал на поезде?

- Да.

Дэнни устало откинулся на подушку и прикрыл глаза.

- Расскажи подробней про этот поезд… Как он выглядел, при каких обстоятельствах ты в него сел…

- Ну да, все совпадает, - кивнул Дэнни, когда Ая закончил рассказ. – И число, когда ты приехал…

Он пристально смотрел куда-то в угол комнаты. Ая тоже машинально повел туда взглядом, чтоб понять, что же там так привлекло внимание Дэнни. Ничего особенного. Пара трещин, серые нити паутины…

- Очень вероятно, что Рэй сейчас у вас, вместо тебя. Если он вышел там же, где ты сел… Хотя он мог выйти где угодно… Но скорее всего он у вас.

- И чем я могу тут помочь?! – искренне возмутился Ая.

- Ты должен уехать на том же поезде обратно. Тогда Рэй сможет вернуться сюда.

 

Рэй

Он выскочил на перрон и первым делом оглядел, не видно ли позади Клеща и Патрика. Нету! Значит, противники достались двойнику. Потом Рэй зашарил взглядом по сторонам, ища вывески и указатели. Надписи на двух языках – привычный рубленый шрифт латиницы и замысловатая вязь из отрывистых загогулин. Иероглифы. Рэй даже узнавал кое-какие из них. Токийский вокзал... Надо же, историческая родина...

Родители увезли Рэя из Японии в Штаты десять лет назад. Нет, пожалуй, уже почти одиннадцать. Язык он не забыл, дома старались поддерживать традицию и разговаривали по-японски, но читать «закорючки» Рэй почти разучился. Его навыки в чтении сейчас были на уровне слушателя каких-нибудь любительских курсов по изучению японского языка. Как ни долбил ему мозги отец, но Рэю не хотелось забивать их ненужной информацией, и поэтому практические навыки в части письменности вылетали из головы, надолго там не задерживаясь.

Ничего, прорвемся, подумал Рэй. Разберемся как-нибудь. И не в таких переделках бывал. Он расправил плечи и потянулся. Ну-ка, пройдемся по знакомым местам, посмотрим и сравним, чем здешний Токио отличается от Токио родного мира.

Никакой ностальгии к «земле предков» и местам, где прошли детские годы, Рэй не испытывал. Америку он любил гораздо больше, можно сказать – искренне обожал ее всей душой. Когда его отца совет директоров фирмы отправил представителем в Штаты и четырнадцатилетний Рэй оказался в американской школе, то там он впервые вздохнул полной грудью после суровой японской муштры.

Затертые слова о «свободе» и «стране открытых возможностей» стали для Рэя не просто словами. Из-за своей повышенной сенсорики он ощущал давление жестко структурированного общества Японии почти на физическом уровне. А в Штатах это давление исчезло. Может быть, в деревенских общинах «малых городов» Рэй ощущал бы почти то же самое, что и на родине, но его семья поселилась не в крохотном городишке с деревенскими нравами, а в Нью-Йорке. И Рэй, образно говоря, сорвался с поводка. Он всегда был особенным – таким уж создала его природа. На родине он получал за это только невысказанное осуждение общества, висящее в воздухе железобетонной плитой; а в Штатах парень быстро осознал - он может подняться и занять свое место в жизни именно благодаря тому, что отличается от других.

Отец бесился, но перегнуть сына не смог – Рэй успел ощутить, что проживет тут и один, не опираясь на поддержку семьи. Другая страна, другие нравы. И когда шесть лет спустя фирма отозвала своего представителя обратно, родители и сестра вернулись в Японию, а Рэй остался в Америке. Она стала ему домом. И не вторым – а единственным. За все прошедшие годы он ни разу не побывал в Японии, с семьей иногда общался по видеосвязи. Рождественские открытки слал им по е-мэйлу. Да и летать в такую даль ему было особо некогда... Особенно после того, как он поступил на службу...

Он шел по улице, лавируя в толпе, и думал о том, что мегаполисы любой страны мира на первый взгляд мало чем отличаются друг от друга. Чтоб ощутить особый дух города, в нем надо пожить... Рэй хотел было спуститься в подземку, но вовремя сообразил, что у него есть только доллары, и то неизвестно, так ли выглядят здешние американские деньги. Может, лучше рискнуть и разжиться местными деньгами? Много ему не надо, он тут на кратковременной экскурсии... И Рэй начал высматривать в толпе растяпу, который носит бумажник в легкодоступном кармане или прячет его неглубоко в сумку. Ремесло карманника – одна из составных частей подготовки агента, и вскоре небольшая сумма перекочевала к Рэю в карман, а бумажник он незаметно сунул в ближайшую урну. Потом нырнул в супермаркет, купил бутылку воды и дынную булку, вышел с другой стороны и стал искать ближайшую станцию метро.

Он объехал те районы города, которые остались в детских воспоминаниях. Ну, кое-какая разница имелась... Несущественная. На месте парка, где в его мире были замечательные карусели, здесь находилась трехуровневая транспортная развязка; памятные по «своему Токио» старинные ворота здесь не сохранились; а вот телебашня ничем не отличалась от той, на которую Рэй в своем мире и в своем детстве приходил вместе с классом на экскурсию... Он набродился до гудящих ног. Надо найти какую-нибудь кафешку, поесть поплотнее и отдохнуть, а потом прикинуть, где перекантоваться ночью. Может, познакомиться с кем-нибудь? Будет решена проблема ночлега, ну и легкая интрижка добавит бодрости и свежих впечатлений.

 

Ая

Дэнни не успел ничего больше объяснить, как вдруг звонок разразился трелью, резанувшей по взвинченным нервам.

- Ая, не открывай! – взмолился Дэнни. – Они наверняка с огнестрелом пришли!

Пальцы Аи скользнули по рычажку, не сдвигая его, и ладонь опустилась вниз.

- Ладно, - согласился он. В конце концов, можно и через дверь поговорить.

Ая встал сбоку от дверной коробки – так, чтоб его прикрывала стена. Звонок снова заверещал.

- Кто там? – нелюбезно спросил Ая.

- Молодой человек, не буду называть вас Рэем, потому что вы точно не Рэй... – раздался приглушенный толстым стальным листом мужской голос. - Может, назовете свое имя?

– Что вам надо? – коротко отозвался Ая.

За дверью на мгновение затихли.

- Молодой человек, - продолжил неизвестный визитер, - вы совершенно случайно оказались втянуты в чужую войну. Вас эти дела не касаются. Потому предлагаю вам открыть дверь, и можете убираться отсюда подобру-поздорову. Более того, мы вас даже на поезд посадим.

«Ага, посадите», - мельком подумал Ая. Он ни на мгновение не верил говорившему – слишком хорошо знал, как поступают с нежелательными свидетелями.

- Если вам так надо попасть в квартиру, то попробуйте сюда пройти, - посоветовал он гостю. И выразительно передернул предохранитель. Он надеялся, что клацанье металла за дверью услышат.

- Наше дело – предложить, - голос доброхота за дверью звучал ничуть не разочарованно. Даже наоборот – кажется, он был рад, что теперь у него развязаны руки.

Дверь была прочная, стальная, в отличие от многих хлипких беспечных дверей на американских квартирах, но все-таки не бронеплита а-ля «банковский сейф». Ая осмотрел замок – «краб» с выдвигающимися вверх и в стороны штырями. Отмычкой его не откроешь, и сам замок выламывать бесполезно. Резать дверные петли дисковой пилой тоже бесполезно - штыри все равно не дадут двери вывалиться из коробки. Квартира находится на шестом этаже двадцатиэтажного дома. Снизу – не доберешься, сверху спускаться – слишком высоко. Квартиру выбирали со знанием дела, чтоб максимально защитить ее от вторжений. Для проникновения в квартиру оставался один возможный вариант, и Ае он очень сильно не нравился. Тем более что снаружи раздавалось подозрительное шуршание и слабое позвякивание. К поверхности листового металла прикасались.

Ая метнулся в комнату.

- Что там? – Дэнни чуть-чуть повернул голову к нему. – Чего они хотели?

- Предлагали впустить их... Дэнни, насколько серьезно они настроены?

- Очень, - коротко бросил тот.

- Будут ломиться внутрь во что бы то ни стало?

- Ага...

Ая окинул взглядом комнату. Пожалуй, стена выдержит... Он нагнулся над тахтой, решительно закинул руку Дэнни себе на шею и поддел его плечом:

- Пошли вон туда, - он указал на угол между стеной и шкафом.

- Зачем?

- Они собираются взорвать дверь. В полицию звонить поздно. Надо обороняться самим.

- Полиция один хрен не помогла бы, - скривился Дэнни. – Если они решились на такое, то значит, у них есть фокусник... Никто ничего не увидит и не услышит.

«Телепат», - догадался Ая. Наверное, кто-то вроде Шульдиха. Сознание жильцов дома – под контроль, и они просто не обратят внимания на грохот. А если бы вдруг примчалась полиция – то точно так же умчалась бы обратно, ничего не заметив. Ая усадил спутника в углу. Еще раз проверил оружие. Когда враги ворвутся, весь бой – на нем... От Дэнни толку никакого... Вдруг его озарило:

- Дэнни, соль у тебя где?

- На кухне, на тумбе стоит красная жестяная банка... А что?

Ая метнулся на кухню и вернулся с банкой, сунул ее Дэнни в руки:

- Сможешь швырнуть им в глаза? Сил хватит?

- Попробую, - кивнул тот.

В этот момент стены содрогнулись от грохота, задребезжала посуда. Ая еле успел отскочить на удобную для стрельбы позицию. Не верилось, что такой ужасный шум никто не услышал... Дверь в комнату распахнулась, первыми в нее ворвались клубы известки, а в них – два силуэта. Ая нажал на спусковой крючок – регулятор он выставил на одиночные выстрелы.

Похоже, они не ожидали серьезного сопротивления. Первый боевик попер в комнату напролом, и первая же пуля снесла ему половину головы. На межкомнатную дверь хлестнуло багровыми брызгами. Второй, глядя на погибшего соратника, был более осторожен – несколько раз выстрелил, высовываясь из-за дверного косяка. Ая в конце концов выковырял и его. Третий не успел вступить в перестрелку - пригоршня соли, которую веером метнул Дэнни, забила ему глаза, и пока он их протирал, Ая добил его выстрелом.

Он ждал, прижавшись спиной к стене. Больше никто в проеме не появлялся. Неужели их всего трое? Не может быть. Ая ждал минуту, другую... Все было тихо. Наконец он осторожными шагами двинулся в прихожую, держа ствол перед собой.

В прихожей царил хаос: висели клубы пыли и известки, на месте двери зияла дырища с обломанными краями, всюду валялись куски штукатурки, гипсокартона, раскиданная и усыпанная пылью обувь. Ая, двигаясь на цыпочках, выглянул на лестничную площадку. Никого. Даже звук бегущих шагов уже затих, если кто-то убегал вниз после неудачного штурма. Ая опустил пистолет. Нет, если кто-то и ушел – то все, уже не догнать. Надо срочно убираться отсюда. Он откопал среди мусора свои туфли и кроссовки Дэнни. Посетовал на свою чисто японскую привычку разуваться в доме, чуть не сыгравшую с ним злую шутку. Он присел перед Дэнни на корточки, придвинул ему обувь:

- На ногах держаться можешь? Обувайся, нам срочно надо уходить. Кажется, кто-то убежал.

- Да, - Дэнни пригляделся к телам убитых, - этих я не знаю... И Томаса среди них нет... Эти, скорее всего, какая-нибудь криминальная шушера, одноразовые наемники... А навел их Такер. Я его видел в машине, возле офиса...

- Я тоже, - сказал Ая. – Обувайся.

- Погоди, голова плывет, - Дэнни опять тяжело плюхнулся задницей на пол. – Зря ты мне сразу не вколол вторую дозу...

Ая открыл коробку, достал шприц-тюбик:

- Подставляй руку.

Втыкая иглу, он мельком подумал о том, что место укола он опять ничем не продезинфицировал, а руки грязные, еще грязнее, чем были сразу после вечеринки... Как-то все слишком экстремально получается... Остается надеяться на то, что организм Дэнни среагирует соответственно экстремальным обстоятельствам и справится с возможной инфекцией.

Швырнув пустой шприц-тюбик в сторону – в таком бардаке уже все равно, валяется ли где-то лишний мусор, - Ая полез в шкаф, откопал два свитера, один бросил Дэнни:

- Надевай. Не лето уже... Наличные в доме есть?

Дэнни уже сам собрался с силами, привстал и дотянулся до комода и начал рыться в нем, выкидывая простыни и майки прямо на тахту.

- Ая, на кухне в холодильнике есть консервы, фаст-фуд кое-какой... Ну, хлеб там и что найдешь... Нам придется где-то перекантоваться почти сутки.

- Почему?

- Потому что поезд будет завтра поздно вечером.

Дэнни сел на тахту, уставился в непонимающие глаза Аи:

- Ты же сказал, что сел на поезд около девяти вечера. Сейчас за полночь. Сегодня он уже ушел. Ты сможешь уехать завтра около девяти, в то же время, когда садился.

- Нам надо будет ехать в Сент-Пол?– обернулся Ая. - Я должен сесть на той же платформе, где и вышел?

- Необязательно. Я знаю другую платформу, она неподалеку от Канзас-Сити... Рэй уезжал оттуда.

Ая к тому времени уже покидал в найденный среди вещей рюкзачок самое необходимое и теперь запихивал в сумку ноутбук Дэнни.

Дэнни уже самостоятельно держался на ногах, но его все еще пошатывало. Он тяжело навалился на плечо Аи, а тот, в свою очередь, крепко обхватил его свободной рукой за талию.

- Стоп, - Ая остановился в дверях. – Твоя машина где?

- В ремонте.

- Хн...

- А что? Думаешь, они...

- Я именно так и сделал бы.

Ая как в воду глядел – у его автомобиля оказалась проколота покрышка. Хорошо еще, что нападавшие спешили и потому на ходу ткнули ножом в колесо, а не полезли перерезать тормозные шланги. Хотя им нужен был живой Дэнни, а не его труп в разбившейся машине. Им было нужно помешать побегу, а не гробить беглецов в пути.

- Ладно, одолжим тачку у соседей, - криво ухмыльнулся Дэнни, прислоняясь к опорной колонне подземного гаража.

Он проехался по ней спиной, сполз вниз и присел на корточки, а Ая пошел среди припаркованных машин, прикидывая, какую из них проще и безопаснее будет позаимствовать.

...Завести мотор без ключа для него не было проблемой. На выезде их никто не остановил – да, камера все пишет, но черт с ним, сейчас это неважно.

Ая вырулил на магистраль. Дэнни опять развалился рядом с ним на пассажирском сиденье.

- Куда теперь?

- В мотель? – неуверенно предложил Дэнни.

Логика в этом была. Они оба ужасно вымотались за сегодняшний бесконечный и суматошный день. Им обоим сейчас больше всего было необходимо помыться и поспать.

- Я бы не рискнул, - усомнился Ая, вспомнив ночевку в Сент-Поле. – Ты знаешь какое-нибудь надежное место, где нас точно не сдадут?

- Знаю. Вернее, это нейтральное место. Никаких контактов хозяина и служащих с нашими конкурентами мы не заметили.

- Где это?

Дэнни назвал адрес и, видя, что Ая с непонимающим видом нахмурился, показал это место на карте города. Ая свернул в узкий темный проулок, остановился и заглушил двигатель.

- Ты в состоянии держаться на ногах? Машину придется бросить.

Дэнни вздохнул:

- Что делать, продержусь...

До названного места они добрались на попутке, успешно изображая подвыпившую парочку.

Дежа вю. Ае казалось, что цепь событий замкнулась в кольцо, и он опять вернулся в ту же точку, в которой побывал чуть больше месяца назад. Хотя интерьер мотеля совсем не был похож на тот, находившийся в Сент-Поле, и за стойкой портье дежурила сонная равнодушная женщина средних лет, а не скользкий тип с цепким взглядом.

В номере он осторожно сгрузил Дэнни на кровать, потом бросил в кресло рюкзак. Запер дверь. Достал пистолет с обоймами, предусмотрительно захваченный с собой, и завертел головой, ища, куда бы его убрать подальше от Дэнни. Он и так уже стойко терпел всю дорогу присутствие пороха в полуметре от себя.

- Да не заморачивайся, - сказал Дэнни, заметив беспокойство Аи. – Брось вон в тот угол. Мне уже лучше... Когда я в норме, то могу его и где-то за метр от себя спокойно выдерживать...

- Ладно, - согласился Ая. - Я первым моюсь. Отдыхай пока.

Мылся он недолго - разнеживаться и плескаться в воде не было настроения. Вылезая из тесной пожелтевшей ванны – не чета роскошному бассейну в квартире Рэя, - Ая бросил взгляд в запотевшее зеркало. На миг его пронзил испуг, вызванный нелепой фантазией: вдруг подумалось, что это не его отражение, а Рэй стоит там, за стеклянной поверхностью, и смотрит оттуда на Аю. И что сейчас он шевельнется, сменит положение рук, повернется другим боком... Ая мысленно встряхнулся. Нет, долой нелепые фантазии. Нервы и так взвинчены, не хватало еще нарочно себя пугать.

Дэнни лежал на боку с безразличным видом, обнимая подушку. И раздеваться не собирался, только кроссовки с ног стряхнул.

- Эй, - Ая похлопал его по плечу, - мыться пойдешь?

- М-м...

- Ты весь в грязи.

- М-м...

- Дэнни, не стоит спать в таком виде. Ну... Ну, давай помогу, если тебе тяжело, - предложил он, чувствуя некоторую растерянность.

Дэнни привстал, оперся на локоть. И уставился на Аю с таким видом, словно тот предложил ему заняться сексом каким-нибудь особо извращенным способом.

Ах, ну да. До Дэнни же дошло, что перед ним не бойфренд, а чужой человек. Оказывается, этот парень куда стеснительнее Ёдзи. Но после того, что между ними уже было, стыдиться присутствия Аи при мытье уже просто смешно.

- Пошли, - он осторожно, но настойчиво поддел спутника под мышки и потянул с кровати.

...Он сидел в ванне, так низко наклонив голову, словно хотел уткнуться лицом в колени. Ая смывал с него хлопья пены, даже и не пытаясь изображать равнодушие. Наоборот. Его прикосновения были нежными и чувственными. Он оглаживал губкой плечи, бока и спину Дэнни, чувствуя, как тают недоверие и смущение, и под его кожей разгорается жар. Потом Ая положил шланг на дно ванны, присел рядом и уперся подбородком в бортик, снизу вверх заглядывая в глаза Дэнни. Тот наконец-то поднял голову и медленно положил мокрую ладонь Ае на загривок. Ая привстал, одновременно заключая партнера в объятия, и, когда его ладони легли на поясницу Дэнни, тот вздрогнул, словно от ожога. Дэнни перешагнул через бортик, тяжело навалившись Ае на плечи, и теперь стоял, не обращая внимания на стекающую с него на пол воду. Они стояли так несколько минут, прижимаясь друг к другу всем телом и чувствуя, как нарастают жар и напряжение. Наконец, Дэнни вздрогнул – мокрое тело начало остывать. Ая накинул ему на плечи большое полотенце, занавесившее партнера аж до колен. А потом снова присел и нырнул под полотенце, которое скрывало все... Вода, льющаяся из душа, с журчанием сливалась в водосток.

Они уснули далеко не сразу, хотя обоим казалось, что они отключатся, едва добравшись до кровати.

«Это не Ёдзи. Это другой человек», - твердил себе Ая. – «Того, что я сделал, вполне достаточно. Это только ради того, чтоб... Ну, в общем, это было надо. Но больше – ничего не надо. Я больше ничего не должен с ним делать.»

Но чувствовать рядом с собой горячее чистое тело Дэнни, как две капли воды похожее на тело Ёдзи, и не реагировать на него – было просто невыносимо. Смазки не оказалось, но в ванной нашелся вполне подходящий гель.

Потом, после, Ая прижимался к спине Дэнни; его слегка покусывали сомнения, не переборщил ли он, но Дэнни взял его за руку и положил ее себе на бок, накрыв сверху своей, как бы приглашая заключить себя в объятия. И этот жест развеял все сомнения.

Ая хотел бы еще спросить, что это за кристаллы, из-за которых заварилась вся каша, из-за которых ему опять пришлось убивать, - «в другом мире, и все равно убивать», - но уснул на середине фразы. Просто вырубился. И открыл глаза, только когда сквозь сомкнутые веки пробился яркий солнечный луч.

...Он распахнул глаза, мгновенно испугавшись собственной беспечности. Они вчера уснули, даже не приставив к двери самодельной «сигнализации». Хотя в Сент-Поле это не помогло, вспомнил Ая. Убедившись, что все в порядке, а Дэнни мирно посапывает рядом, он перевернулся на спину и потянулся. Восьмой час утра... Рано еще. Можно бы еще поспать, торопиться им некуда. Вот только ужасно хочется есть. Вчера они про ужин даже и не вспомнили...

Недодуманная вчера перед сном мысль вернулась в голову с того же самого места, на котором оборвалась.

Другой мир. Война за некие кристаллы, в которую оказался втянут Ая. Паранормы... Вполне возможно, что среди них есть и телепаты. Дэнни вчера обронил «фокусники»... Наверно, здесь их так называют. Тех, кто способен брать под контроль чужое сознание. Тогда неудивительно, что в мотеле Сент-Пола Ая не услышал, как с грохотом обрушилась самодельная сигнализация в виде двух стульев и лампы, когда незваные гости вошли к нему в номер. Его сознание взяли под контроль... Тогда почему тем же самым образом не поступили те, кто взрывал дверь в квартире Дэнни? Почему их «фокусник» просто не приказал Ае отпереть замок?

«Ладно, спрошу у Дэнни, когда он проснется», - решил Ая. – «Сейчас не надо его тревожить. Ему и так вчера досталось...»

Словно услышав его мысли, Дэнни приоткрыл мутные сонные глаза:

- М-м… Ты уже не спишь?

- Дальше что будем делать? – Ая ответил вопросом на вопрос.

Дэнни недовольно поморщился и зевнул:

- Давай поспим, еще вагон времени…

Ну прямо как Ёдзи.

- Не думаю, - возразил Ая и решительно откинул одеяло. Но в тот же момент ладонь Дэнни легла на его запястье:

- Ты жалеешь о том, что было вчера?

Ая обернулся к нему. Он ожидал увидеть виноватый и ожидающий реакции хозяина взгляд брошенного щенка, но нет – Дэнни смотрел на него с некоторой тревогой, но без тени заискивания.

Ая секунду-другую помедлил.

- Нет, - твердо ответил он, посмотрел в точно такие же, как у Ёдзи, зеленые глаза и положил ладонь ему на плечо.

- Не надо! – Дэнни решительно стряхнул ее с себя.

Все-таки Рэй для него важнее, понял Ая. Дэнни хоть и прогибается под своего парня, но не сломался и все еще надеется на лучшее.

Ая отодвинулся.

«Как же Рэй похож на того, кем я был раньше… Честное слово, надавал бы ему по морде, если бы встретил».

- Дэнни, слушай… - Аю вдруг озарила мысль. – А двойники могут где-нибудь встретиться? Или это невозможно? Ну, что-то вроде того, что они не могут находиться в одном и том же мире одновременно? Или не могут дотрагиваться друг до друга?

- Наука об этом умалчивает, - оживился Дэнни. Он был явно рад возможности сменить тему.

Он слегка ерничал, самую малость. Просто хотел показать, что он весел и беспечен и что его ничего не волнует всерьез.

- Вообще случай редчайший... И никто не разъезжал по другим мирам специально ради того, чтоб найти там своего двойника, - продолжал Дэнни.

- А Рэй зачем поехал?

- Он отправился в головной офис, чтоб сдать найденные кристаллы. Офис находится в Квебеке... Это Канада. Если ехать на призрачном поезде...

- На призрачном? – перебил Ая.

- Ну да, так мы его называем... Потому что если смотреть со стороны, то кажется, что он появляется из ниоткуда и растворяется в воздухе... Ну так вот, Рэй поехал на призрачном поезде, чтоб не связываться с погранцами. Это же лишние хлопоты... А на призрачном поезде можно доехать, как на обыкновенном, если знаешь, где садиться и где выходить.

Дэнни вылез из-под одеяла и начал одеваться. Ая следил за ним взглядом.

- А кристаллы?

- Что кристаллы?

- Что они такое? Для чего они нужны?

Дэнни остановился и посмотрел на собеседника, пристально и неожиданно серьезно.

- Ая, а ты уверен, что тебе это надо знать? Ты сегодня уедешь. Там, у вас, тебе это все равно не понадобится.

- А вдруг не уеду? – прищурился Ая.

- Если вдруг не уедешь, то тогда и расскажу, - Дэнни ловко отбил последнюю атаку.

Ая понял, что больше он ничего не вытянет. Да вообще-то Дэнни прав. Это голос любопытства, и только. Ему совершенно необязательно знать больше о предмете чужих разборок.

- Собирайся, - коротко бросил он. – Я пойду возьму машину напрокат.

Дэнни сначала уселся на пассажирское сиденье и задавал Ае общее направление, а потом попросил остановить машину и перебрался на водительское место. Дальше было проще самому повести, чем объяснять.

К тому времени они уже выехали на окраину города. Вокруг была промзона, напомнившая Ае заброшенное депо в Сент-Поле, откуда он уехал.

- Этот поезд всегда останавливается в таких местах? – нахмурившись, поинтересовался он.

- Здесь меньше ненужных глаз и ушей, - беспечно бросил Дэнни.

После отъезда из мотеля он заметно повеселел. Сначала он был вялый и сонный - Ая не знал, объяснялось ли это последствиями травмы или обыкновенной утренней заторможенностью, точно такой же, как у Ёдзи, - но после завтрака и нескольких чашек кофе Дэнни ожил и взбодрился, к нему постепенно возвращались силы.

- Дальше надо пешком, машина там не пройдет.

Он вылез и потянулся, вскинув руки вверх. Тенниска на нем задралась, а джинсы съехали вниз, обнажая тонкую талию. Ая, смотревший ему в спину, с улыбкой поймал себя на мысли, что ему хочется потискать эти поджарые бока. Просто потискать, не думая о том, Ёдзи это или не Ёдзи, есть у него кто-то другой или нет.

Налетел зябкий ветер, и Дэнни вздрогнул. Все-таки октябрь, пусть очень теплый и сухой, но осень уже дышит холодом. Он вытащил с заднего сиденья свою куртку и закутался в нее. А потом, высоко вскидывая длинные ноги, полез вперед через заросли сорняков.

Ая полез следом. Сухие, выжженные южным солнцем сорняки доходили до середины бедра, а местами – до пояса, и тропинки среди них не наблюдалось. Земля под зарослями сорняков была бугристой и неровной, и Ая несколько раз чуть не оступился, потом споткнулся о какую-то железяку. На штанинах стильных джинсов с низкой посадкой повисли репьи и цепкие семена неизвестных Ае растений.

Дэнни и Ая обогнули купу раскидистого кустарника и оказались перед платформой – искрошенной железобетонной плитой на сваях-опорах высотой по грудь. Из множества трещин торчали метелки сорной травы.

- Это здесь, - Дэнни взбежал вверх по ступенькам.

Тишина... Только шорох каменной крошки под подошвами. И ветер. И шелест сухостоя. Ая поднялся следом.

Рельсы, тусклые и местами тронутые ржавчиной, и слева, и справа от платформы терялись в зарослях сорняков.

- Сюда? – спросил Ая, и удивился тому, как глухо звучит его голос. Как будто само это место изымало из голоса звучность, чтоб не нарушать тишину.

- Да. Около восьми вечера. Придем сюда пораньше, подождем...

Дэнни замолчал. Он стал непривычно серьезен и задумчив. Совсем другой человек, по нелепой случайности представляющий собой точную копию внешности Ёдзи. Он молча прислушивался, словно старался уловить в шелесте травы и свисте ветра что-то, доступное ему и совершенно чужое и непонятное Ае. Потом он выудил из кармана мелкую монетку:

- Смотри!

- Что? – обернулся Ая.

Дэнни размахнулся и бросил монетку вдоль путей. Кругляш блеснул, пролетел несколько метров и упал между шпалами.

- Эх, не получилось... – разочарованно вздохнул Дэнни.

- А что должно было получиться?

- Монетка могла бы исчезнуть бы в воздухе. Наверно, я не добросил... Ладно, пошли. До вечера еще куча времени.

Дэнни сбежал с платформы и по слегка проторенной тропинке, где примятые сорняки еще не успели распрямиться, зашагал обратно.

- Предлагаю смотаться до ближайшей торговой точки и прикупить чего-нибудь съедобного и воды, - сказал он. – А потом нам лучше бы залечь на дно в каком-нибудь тихом местечке. Еще семь часов до поезда... Предлагаю по отелям больше не светиться. Тут неподалеку есть заброшенный кемпинг... С комфортом там, конечно, плоховато, зато точно безопасно.

В заброшенном кемпинге из всей мебели осталось несколько разломанных стульев без ножек, да исписанный и исцарапанный офисный стол. Пусто, пыльно и зябко… Ая и Дэнни просидели там до вечера. Говорили мало – Ая просто из-за своей обычной неразговорчивости, а Дэнни не торопился делиться секретами их с Рэем работы. За час до предполагаемого прибытия поезда выдвинулись обратно, к платформе.

- Еще десять минут, - Ая в очередной раз посмотрел на циферблат.

- Поезд может сегодня не появиться, - внезапно выдал Дэнни, сдавленно и отчаянно.

Он с хрустом смял пустую жестяную банку из-под тоника.

- А такое может быть? – поинтересовался Ая, нарочито сухо и равнодушно.

- Может, - скривился Дэнни. – Бывают разные выкрутасы… Не знаю уж, отчего… Но бывают. Ждешь-ждешь поезда, а он не придет. Потому что там в него не сел кто-то другой, кто должен был сюда приехать…

- А Рэй мог не сесть? – вдруг дошло до Аи.

- Вполне мог, - вздохнул Дэнни. – Вдруг ему шлея под хвост попала, и он решил приключений поискать. Он может иной раз и на дела забить, если наклевывается возможность пощекотать себе нервы. И его не колышет, что о нем кто-то беспокоится... А я не могу. Не беспокоиться не могу. Люблю я этого придурка. Сколько раз хотел бросить, забить на него... Не смог.

Он замолчал и уставился на заросшие рельсы.

- Хоть бы он вернулся, - хмуро бросил Ая. И на удивленный взгляд Дэнни пояснил: – Мне обязательно надо обратно. У меня там Ёдзи.

И добавил, хотя собеседник его больше ни о чем не спрашивал:

- Как вернусь – сразу в аэропорт, и в Японию. Заберу его к себе... Если вернусь, - тут же исправился Ая.

Но дела с нанимателем тоже придется как-то утрясать, вспомнил он. Но как только, так сразу...

Дэнни снова хрустнул банкой, уже перемятой посередине.

- Черт побери, как же я…

И, проглотив незаконченную фразу, он уставился вдаль:

- А вот и поезд.

 

Рэй

Задумавшись, Рэй брел по улице и вдруг остановился как вкопанный, мгновение помедлил, а потом шустро шмыгнул за телефонную будку.

Из дверей цветочного магазина вышла на улицу девушка, точная копия его сестры Митико. «Ротозей, совсем осторожность потерял!» - выругал себя Рэй, осторожно выглядывая из-за будки.

То, что у его двойника есть сестра, – это логично. Миры копируют друг друга. В каждом из них рождаются одни и те же люди. Но где-то они могут умереть раньше, где-то – позже, судьбы их складываются по-разному... Сестра его двойника обязательно должна была родиться. После этого ее судьба могла сложиться по-разному – была определенная вероятность, что девочка умрет в младенчестве. Была вероятность, что она переживет свою копию в родном мире Рэя... Всякое могло случиться, но девочка обязательно должна была родиться в этой семье в том же самом году. Значит, в этом сопределье она в данный момент жива... Интересно, а что с их родителями?

Девушка что-то переставила на выносной подставке для цветов и снова ушла в помещение. Рэй запомнил адрес и номер дома. Если будет желание и возможность зайти в интернет, то можно влезть в базу данных налоговой инспекции и узнать имя владельца магазина. Даже если девушка – не владелец, а работает по найму, все равно где-нибудь в отчетных документах можно найти ее имя и фамилию. А уже оттуда пойти в базу данных по гражданам и посмотреть сведения о родственниках девушки... Узнаем, как зовут моего двойника, усмехнулся про себя Рэй. Взламывать базы он умел. По крайней мере, дома это получалось. Почему бы не попробовать и здесь?

Но сейчас это неактуально. Да и доступа к чьему-нибудь компьютеру у него пока не намечается.

День давно перевалил за середину, солнце скатилось за небоскребы, и его оранжевые лучи косо резали воздух. Рэй свернул в сторону от цветочного магазина – встречаться с двойником сестренки ему пока не хотелось. Да, надо найти какое-нибудь место, где можно поесть...

Он вышел на оживленную улицу и медленно зашагал вдоль по ней, вглядываясь в вывески.

Рэй краем глаза заметил остановившуюся рядом машину. Черный БМВ с тонированными стеклами чуть-чуть обогнал его и причалил к обочине. Несомненно, это по его душу... Рэй остановился. Задняя дверца открылась, и оттуда выглянул совсем молодой парень, лет двадцати, ну максимум – двадцати двух, холеный и ухоженный.

«Интересно, а это что за хлыщ?! Золотая молодежь, фу-ты, ну-ты...» - Рэй мысленно оценил коллекционный галстук между бортами дорогого делового костюма и итальянские туфли ручной работы.

- Ая-кун! – радостно воскликнул парень, явно обращаясь к Рэю.

«Значит, Ая», - отметил про себя Рэй, придавая лицу спокойно-равнодушное выражение. Самый выигрышный вариант в любой ситуации.

Юнец вылез из машины. Вслед за ним рванулся было другой юнец, на вид – даже еще моложе, одетый попроще. Секретарь? Однокурсник-приятель из семьи рангом пониже? Для охранника что-то слишком несерьезно выглядит, прикинул Рэй.

- Мамору-сан?! – воскликнул второй.

Юнец, названный Мамору, обернулся и запрещающим жестом поднял ладонь:

- Наги-кун, не надо!

Тот покорно подался назад. Да, явно – подчиненный. Не ровня.

Мамору подошел к Рэю – настолько близко, насколько позволяли правила приличия. Которые, к слову, Рэй почти забыл и от которых отвык. В Америке этим не заморачивались. Но, судя по тому, насколько приблизился к нему Мамору, они с Аей давние знакомые.

- Ая-кун, - теперь в голосе юного Мамору звучали тревожные нотки, - я не ожидал увидеть тебя здесь так скоро.

Кажется, в переводе с церемонного на нормальный язык это должно означать «Ну и чего ты приперся?!», усмехнулся про себя Рэй.

Но что ответить – он не знал, и потому только приподнял брови с многозначительным выражением лица. Пусть юный хлыщ понимает этот жест, как угодно.

- Или ты приехал по делам? – продолжал допытываться Мамору.

- И по делам тоже, - Рэй решил придерживаться среднего варианта. Любопытно узнать, какие еще и личные интересы у двойника...

Мамору вздохнул с некоторым облегчением, что не ускользнуло от внимания Рэя.

- Хорошо, раз так. Тебе не стоит сейчас встречаться с Ёдзи. Его все еще держат под наблюдением, - Мамору говорил тихо, сделав несколько шагов в сторону от машины. Уличный шум заглушал его слова и не дал бы расслышать их на расстоянии уже в несколько метров.

«Ёдзи? Интересно, что это за Ёдзи есть у моего двойника? Кто он Ае? Родственник, или... Хм!»

- Под очень пристальным наблюдением? – уточнил Рэй.

- После того, как ты улетел в Америку, Критикер немного успокоились. Но все-таки наблюдение до сих пор не снято… И наверняка они уже знают о том, что ты здесь.

- Не знают! - уверенно ответил Рэй.

Мамору пожал плечами и вздохнул. Было видно, что он не разделяет уверенности собеседника.

- Я очень хотел бы его повидать, - проникновенным тоном сказал Рэй.

В самом деле, он не кривил душой. Ему было очень любопытно. Особенно после того, как Мамору упомянул о наблюдении. Значит, и его двойник Ая, и этот Ёдзи - не простые обыватели, раз за ними следит некая, судя по контексту, неслабая организация. Интересно было бы узнать обо всех них побольше… Наметившееся приключение щекотало нервы. Вот только надо бы аккуратно вытянуть у Мамору, где этого Ёдзи искать…

- Ая-кун, ты ставишь под угрозу не только себя, но и Ёдзи тоже. И его - даже гораздо больше, чем себя… У него теперь другая жизнь. Дом, семья…

- Семья?!

- А, да, ты же не в курсе… Они с Асукой решили пожениться. Свадьбу пока отложили до лучших времен, но Ёдзи уже переехал к Асуке, они фактически живут в гражданском браке.

- Что за Асука?! Я ее знаю? - Рэю даже не пришлось изображать искреннее неведение. Ну, разве что немного недоумения добавил.

- Асука Ито, медсестра из той больницы… Может быть, ты встречал ее там.

- Не помню, - помотал головой Рэй, пятерней откидывая с лица длинную челку. - Наверно, мы не разговаривали.

Ага, значит, этот Ёдзи лежал в больнице… Еще бы вытянуть, в какой! А дальше найти медсестру Ито особого труда не составит.

- Его давно выписали?

- На прошлой неделе.

- И как он сейчас себя чувствует? - Рэй, кроме искреннего интереса, добавил в голос изрядную долю волнения.

- Неплохо, - Мамору ответил очень скупо. И вдруг добавил: - Но он по-прежнему ничего не помнит. Тебе бесполезно с ним встречаться. Не тревожь его понапрасну, Ая-кун!

Амнезия?! О как! Дело становилось все интереснее и интереснее. И с большой вероятностью, Ёдзи Ае не родственник. От встречи с родственником Мамору не стал бы его так настойчиво отговаривать. Для японца член семьи – это святое, особенно если родство кровное...

- Я мог бы даже не заговаривать с ним, - Рэй сделал шаг навстречу и заглянул Мамору в глаза. – Просто хочу его увидеть и убедиться, что с ним все хорошо... Где живет эта медсестра?!

- С ним все хорошо, - отчеканил Мамору, и в его голосе прорезались стальные нотки. – Извини, Ая-кун. Я должен ехать. Всего доброго.

Он уселся в салон, захлопнул дверцу. Машина тронулась и вскоре затерялась в потоке транспорта.

«Н-да, облом вышел,» - думал Рэй, глядя вслед. – «Ну, ничего».

- Мамору-сан, - осторожно проговорил Наги, когда они немного отъехали. – Вы обратили внимание, что Ая как-то странно держался? Я не слышал вашего разговора, но видел его мимику и жесты. Он был какой-то не такой...

- Люди меняются, - невпопад ответил Мамору.

 

Даром что Мамору не выболтал название больницы, найти медсестру Асуку Ито и узнать ее домашний адрес для Рэя было довольно просто. Несколько часов спустя он уже бродил под окнами многоквартирного жилого дома, где теперь обитал загадочный Ёдзи. Обыкновенный дом для небогатой части населения, открытая галерея вдоль длинного ряда квартир-клетушек. В таких районах жил кое-кто из его бывших одноклассников, вспомнил Рэй. Он загодя придумал легенду, с которой позвонит в дверь квартиры Ито, поднялся по лестнице и решительно нажал кнопку звонка. Ничего… Рэй выждал секунд десять и позвонил второй раз. Потом третий… Упс! Никого нет дома.

Немного озадаченный, Рэй спустился вниз и за неимением скамейки присел прямо на бордюр, то и дело поглядывая на дверь нужной квартиры.

Вечерело. Солнце почти скатилось за крыши. Рэй устал и проголодался, следовало бы подумать о ночлеге. Неизвестно, хватит ли на скромную гостиницу тех денег, которыми он разжился сегодня днем из бумажника одного ротозея. Рэй слишком увлекся своей авантюрной затеей, а о более насущных делах не подумал. Даже цены в отелях не разузнал… А может быть, этот Ёдзи сегодня уже не вернется? Его жена как раз дежурила в больнице, ее график Рэй выяснил первым делом. Вдруг Ёдзи решил воспользоваться удобным случаем, прошвырнуться по развлечениям и заночевать в «отеле любви»? Тогда что же делать? Ждать дальше? Или забить и пойти искать ночлег?

Сидя и размышляя, он мельком бросил взгляд в сторону и оторопел: метрах в десяти от него по тротуару, с большим бумажным кульком в обнимку, шел Дэнни. Только коротко остриженный, как новобранец, а-ля «первый день в казарме». А во всем остальном – как две капли воды. Да черт побери, он хромал точно так же! На ту же самую правую ногу! Растяпа Дэнни как раз за день до отъезда Рэя умудрился грохнуться с нижней ступеньки лестницы и повредил голеностоп. Травма оказалась не слишком серьезная, но сопровождать Рэя в офис он однозначно не мог. Потому-то Рэй и уехал один…

Он внимательно проводил парня взглядом. Здешний «Дэнни» поднялся на этаж… Прошел по галерее… Рэй буквально прикипел к нему взглядом. «Дэнни» отпер дверь квартиры Ито и скрылся внутри.

Вот так так… Значит, это и есть Ёдзи?!

Рэй и не думал, что бойфренд Аи окажется двойником его собственного. Но это же в корне меняет дело! Теперь в душе у Рэя не просто тлел огонек любопытства – там бушевал пламенем огромный факел. Нет, теперь он не уедет до тех пор, пока не... А что, собственно, «пока»? Пока не переспит с Ёдзи? Пока не поводит его за нос? Ладно, там видно будет, сказал сам себе Рэй и вскочил с бордюра. Потер отсиженную задницу. Вперед, навстречу приключениям!

Он надавил на кнопку, и звонок выдал бодрую трель. За дверью послышались торопливые неровные шаги.

- Ёдзи! Ёдзи... – с проникновенными интонациями в голосе выдохнул Рэй, качнувшись навстречу жильцу так стремительно, что тот в испуге отшатнулся.

- Простите, вы ошиблись, - ответил Ёдзи. – Здесь таких нет.

Он смотрел на Рэя в упор и не узнавал его. Он не врал и не притворялся ни на грош – Рэй сразу это понял. Телепатом он не был, но отличался уровнем эмпатии в разы сильнее, чем у среднего человека. Душевное состояние собеседника Рэй просекал на раз. Чужих мыслей он не видел, но вранье ощущал моментально, каким бы прекрасным актером ни был собеседник и насколько бы хорошо тот ни скрывал свои эмоции под умело надетой маской. Рэй чувствовал, что Ёдзи не врет. Он действительно не узнавал визитера. И не помнил своего имени.

- Как же так? – пробормотал Рэй, изображая растерянность. – Ведь тебя зовут...

- Ито Рё, - с вежливым кивком представился Ёдзи.

Рэй хотел было шагнуть навстречу, но подумал, что это, пожалуй, напугает собеседника и вызовет недоверие. А то он, чего доброго, еще и дверь перед носом захлопнет. И потому он отступил на шаг назад.

- Ёдзи, - с грустным укором сказал Рэй. – Неужели ты меня совсем не помнишь?

Он знал, что это так. Но Рэй и не хотел подтверждения – наоборот, он начал рискованную игру. Заготовленная легенда полетела к чертям, он на ходу импровизировал.

Рэй вздохнул и сделал еще шаг назад, словно бы собирался уходить.

- П-подождите... – выдавил Ёдзи. – Мы раньше были знакомы?

«Сработало!» - возликовал Рэй. – «Ура, начало положено!» Он чувствовал, как в собеседнике зашевелился интерес. Наверно, он все эти месяцы безуспешно пытался вспомнить свое прошлое. «Самая большая фишка в том, что я сам его не знаю», - мысленно хохотнул Рэй. – «Даже если бы я захотел, то не смог бы ничего ему рассказать. Богатенький Мамору сказал, что его держат под наблюдением некие Критикер... Похоже, что этот Ёдзи вел очень бурную и беспокойную жизнь. Интересно, чем он раньше занимался? Полицейский под прикрытием? Разведка? Служба в госструктуре или частный сыск? Ладно, по ходу дела разберемся».

Слишком затягивать паузу было нельзя. Рэй ступил на излюбленную скользкую тропу импровизации.

- Да, - подтвердил он предыдущую реплику Ёдзи. При этом не забыл добавить в голос интонаций легкой тоски и проникновенности. И отступил еще на шаг.

Сработало! Ёдзи потянулся за ним. Рэй почувствовал, как в собеседнике разгорается интерес. У Ёдзи пока не возникло страстного желания вспомнить свое прошлое, он все еще боялся – наверно, ему внушили, что будет проще и спокойнее начать жизнь заново, но огонек свечи уже вспыхнул. Ёдзи клюнул и теперь неосознанно потянулся к человеку, забросившему этот крючок. Он шагнул вслед за Рэем на лестничную площадку. А ведь если бы Рэй продолжал напирать – дверь могла захлопнуться. В прямом смысле слова.

- Извините, я не помню, - Ёдзи все еще следовал правилам вежливости, - мы были на «ты»?

- Да. И ты звал меня просто Ая, - Рэй изобразил томный взгляд, которому позавидовал бы любой актер из «мыльной оперы».

Ёдзи замялся, его глаза забегали, потом он потупился, глядя в пол.

- Ты... Ты мог бы мне все рассказать? – наконец выдавил он.

«Если бы я еще знал, что рассказывать!» - усмехнулся про себя Рэй. – «Я и сам хочу узнать эту историю не меньше твоего!»

- Это долгий разговор, - уклончиво ответил он.

- Мы можем пойти куда-нибудь, - предложил Ёдзи.

«Ага, незнакомца в квартиру не приглашает...»

- Нет, нам не стоит появляться вместе на людях, - возразил Рэй. – За тобой следят. Я это точно знаю. У тебя могут быть неприятности. Нам даже здесь нельзя долго разговаривать. И к тебе нельзя. В квартире могут быть микрофоны... Давай встретимся завтра где-нибудь?

- Хорошо, - растерянно согласился Ёдзи. – На Синдзюку?

- Нет, людное место не подойдет. Надо что-нибудь заброшенное, где никого нет... Вот что, - догадался Рэй, - дай мне твой номер. Я найду подходящее место и позвоню тебе завтра.

Ёдзи настолько обалдел от неожиданности, что послушно продиктовал Рэю свой номер. Похоже, ему начисто отшибло не только память, но и все профессиональные знания и навыки, отметил про себя Рэй. Ёдзи сейчас купился на его псевдошпионские игры, как обыкновенный недалекий обыватель. Да вообще, любой профессионал раскусил бы на раз их дешевые уловки. Но Рэй был уверен – «хвоста» за Ёдзи не было. Да и вообще, пускать наружку – слишком дорогое удовольствие, если агент законсервирован, то на слежку за ним не будут тратиться несколько месяцев кряду. А вот микрофон в квартире как раз очень вероятен.

Рэй распрощался и побежал к лестнице, не оглядываясь. Пусть Ёдзи потомится от любопытства и помаринуется до завтра. А ему еще надо раздобыть мобильник, подключенный к здешней сети. И позаботиться о месте для ночлега.

А может быть, все-таки плюнуть на это дело? Голос благоразумия подсказывал Рэю, что он ввязывается в опасную и в общем-то ненужную авантюру. Может, прекратить, пока не поздно, и возвращаться домой? Но в любом случае сегодня уехать он не сможет. Ему придется провести здесь сутки до завтрашнего вечера. И за это время есть возможность хотя бы немного прощупать Ёдзи.

Ёдзи проворочался всю ночь. Мысли метались, он дергался из одной крайности в другую. То он вспоминал разговор с Асукой в больнице и решал не возвращаться к прошлому. Может быть, хорошо, что он все забыл? Может, от такого прошлого лучше добровольно отказаться? Но беспокойное любопытство невыносимо тянуло проковырять дырку в стене амнезии и хотя бы одним глазком заглянуть туда: а вдруг его прошлое такое, что от него грех отказываться? И отказавшись, он потеряет гораздо больше, чем приобретет?

С раннего утра, едва Асука ушла на работу, Ёдзи положил телефон рядом с собой на журнальный столик. Он включил телевизор, но не мог сосредоточиться на пестром мельтешении и трескотне, доносившихся оттуда. Около полудня телефон запиликал. Ёдзи схватил его так порывисто, что от резкого движения даже не удержал в руках. Пластиковая коробочка выскользнула из пальцев и упала между диванными подушками. Ёдзи схватил ее дрожащей рукой и надавил на кнопку ответа:

- Да, слушаю!

 

…Ёдзи несколько раз пересел с одной ветки метро на другую, прежде чем вылез на нужной станции и направился к заброшенной и приготовленной под снос школе, где Рэй назначил встречу. Голову слегка кружил прилив адреналина. Ёдзи шел, попутно отмечая, нет ли признаков слежки. Откуда-то словно сами собой всплыли навыки, и все получалось легко. Наверное, в прежней жизни Ёдзи уже умел делать такие вещи и занимался этим постоянно. Тем интересней было докопаться до прошлого…

Все проведенные в больнице месяцы его глодала тоска. Ёдзи уговаривал себя, что это из-за травмы, из-за боли, слабости, изнурительного лечения и вынужденного больничного режима. А на самом деле он не мог успокоиться от неизвестности. Вокруг обстоятельств его травмы оказалась выстроена сплошная стена, никто ничего не знал, никто не хотел об этом говорить. И вот вчера в дверь позвонил незнакомый парень, назвавшийся Аей. И намекнул, что знает о прошлом Ёдзи.

- Ая! Ая?! Я пришел! – Ёдзи растерянно оглядывался по сторонам в гулком коридоре.

Вчерашний гость шагнул навстречу ему из пустого кабинета.

Они настороженно замерли напротив друг друга.

Рэй разглядывал парня, как две капли воды похожего на своего любовника.

Ёдзи смотрел на красноволосого незнакомца и вдруг неожиданно для себя удивился тому, что этот парень не выглядит хмурым. Почему красноволосый должен непременно быть угрюмым и хмурым – Ёдзи не знал, но отчего-то был твердо уверен, что это настолько же обязательно, как снег должен быть белым. Но этот парень был не такой... Задумчивый, обеспокоенный, озадаченный – но не угрюмый.

Рэй старательно вгонял себя в нужное состояние, обострял чувство эмпатии, он умел это делать. Когда он входил в нужный режим, то начинал различать такие мелкие оттенки эмоций собеседника и его реакций на чужие слова, что для стороннего наблюдателя это вполне сходило за телепатию. Рэй чувствовал, как Ёдзи сомневается и боится, ощущал его любопытство и заинтересованность. Но сомнение перебивало все остальные чувства, как запах табака перебивает все остальные запахи для ищейки. В чем же Ёдзи сомневается? В правильности своего решения прийти на встречу?

- Здравствуй, - сказал Рэй.

О чем бы поболтать согласно японской традиции не переходить сразу к делу? Вообще как-то неуместно было бы заводить светский разговор в сложившейся ситуации.

- Как ты? – Рэй нашел наиболее нейтральный вопрос.

- Спасибо, все хорошо, - сдержанно ответил Ёдзи.

Врёт, отметил про себя Рэй. Вранье резануло обостренное чутье, как будто запах хлорки ударил в нос.

- Не стоит так волноваться, - успокаивающе посоветовал он.

Ёдзи внезапно разозлился:

- Посмотрел бы я на тебя, если бы вдруг явился какой-то человек и предложил рассказать что-то такое, чего ты о себе не помнишь!

«Вообще-то я не обещал», - подумал Рэй, но счел за лучшее промолчать.

- Ну, давай же, - резко поторопил Ёдзи.

Прекрасно, он сам отменил вежливые условности.

«А чего в этом прекрасного?» - сам себе возразил Рэй. – «Я понятия не имею, что ему рассказывать!»

- Видишь ли, - начала он издалека, - я бы мог, конечно... Но подумай и ответь, только честно - если я тебе все расскажу, ты мне поверишь? Полностью, до конца? Во всем?

- Поверю! – поспешно выпалил Ёдзи, а Рэй ощутил его неуверенность и даже страх.

- А если я скажу, что ты прилетел из другой галактики, внедрен на Землю резидентом чужой цивилизации и готовишь вторжение инопланетян?

Ёдзи натянуто засмеялся:

- Ты что, шутишь?! Это же полная чушь!

- Ну вот, я же говорил, - Рэй с притворным огорчением покачал головой. –Потому ты должен вспомнить правду сам...

- Я не могу, - Ёдзи грустно вздохнул. – Я много раз пытался.

- Ты не за ту нить хватался и не в ту сторону тянул, потому клубок и не распутывается.

- Тогда скажи, за какую хвататься?!

- Расскажи все, что ты о себе знаешь, - потребовал Рэй.

Ёдзи на самом деле помнил мало. Рэй слушал его, машинально отмечая по ходу дела, что стена амнезии очень прочная. За один присест ее не пробить. Да и надо ли пробивать? Наверняка в прошлом Ёдзи было что-то такое, чего он не хочет о себе знать. Иначе психика не заблокировала бы воспоминания.

«Случись то же самое с Дэнни, стал бы я эту стену ломать?» - вдруг задал себе вопрос Рэй. – «Даже если бы он меня забыл?»

А вот не факт, ответил он сам себе. Особенно если это навредило бы Дэнни.

За стенкой амнезии Ёдзи обостренное чутье Рэя улавливало сильную душевную боль, настолько сильную, что без сомнений, рухни стена – и с Ёдзи случится настоящий шок. Обезболивающие от этого шока конечно, есть, но они превращают человека в овощ.

И зачем тогда устранять амнезию? Конечно, у этого парня далеко не все хорошо, но сейчас он, по крайней мере, вполне адекватный, нашел свою тихую гавань и даже где-то в чем-то доволен жизнью. Зачем все это портить? Зачем подталкивать его к комнате с мягкими стенами и к койке с крепежными ремнями?

Пусть уж лучше все остается как есть – собственная совесть чище будет, вдруг понял Рэй.

Он хотел просто поразвлечься, охмурить чужого парня, но за определенной границей забава перестает быть ею, а становится подлостью. И эта граница для Рэя существовала – конечно, она была несколько шире, чем граница допустимого для Дэнни, из-за чего тот порой и считал Рэя подлецом. Но все-таки очерченную для себя границу Рэй не перешагивал, иначе на душе оставался гадливый осадок, от которого долго не удавалось избавиться.

Пусть Ёдзи живет себе спокойно со своей медсестрой, подумал Рэй, и душевное напряжение схлынуло. Значит, он принял верное решение, как показывал его предыдущий жизненный опыт.

Когда Ёдзи умолк, Рэй сделал вид, что о чем-то задумался, а потом назначил встречу на завтра – «на том же месте и в тот же час». Естественно, приходить он не собирался. Уже сегодня вечером Рэй будет на вокзале. А Ёдзи... Ну, подождет, подергается несколько дней, обидится на то, что его кинули... Ничего, переживет. Так для него будет лучше.

* * *

...Поезд лязгнул открывшимися дверями.

- Ну, всё! Ну, давай! – Дэнни легонько подтолкнул Аю в спину. – Удачи тебе! Чтоб у вас все получилось... Если вдруг встретишь там моего охламона, то...

- То я его сам в поезд затолкаю, - пообещал Ая уже из вагонного окна.

- В гости приезжайте, оба, - невесело пошутил Дэнни, помахивая поднятой в прощальном жесте ладонью.

...Ая стоял у окна, придерживаясь за опушенную раму. Поезд набирал скорость, и буквально через пару минут платформа скрылась во внезапно сгустившемся тумане, словно они въехали в облако...

* * *

Без двадцати восемь вечера Рэй уже стоял на платформе железнодорожного вокзала.

Что-то поезд задерживается... Рэй беспокойно поглядывал на часы. Смутное чувство тревоги включилось и перекатывалось мелким камешком в башмаке, кололо занозой в бок, нудным комаром зудело в ухо. Что-то не так. Где-то какая-то опасность... Он оглядывался по сторонам. Его обтекал беспорядочный поток спешащих людей. Его огибали со всех сторон, обгоняли сзади и спереди, задевали сумками и краями одежды, толкали локтями и плечами. Вот какой-то пацан-замухрышка, на вид лет двенадцати-тринадцати, налетел на него, как на фонарный столб, и толкнул головой прямо в грудь. Чуть с ног не свалил, настолько сильным оказался толчок. Шпендрик торопливо буркнул «Ой, извините!», обогнул Рэя, нырнул в толпу, и тут же затерялся между чужих спин.

Вдруг накатила слабость, голову повело, а воздух застрял где-то в середине груди, не дойдя до легких. Как же тяжело вдыхать... До чего сильно врезал этот пацан, что аж дыхание перехватило...

Рэй несколько мгновений постоял неподвижно, судорожно втягивая воздух, и не сразу сообразил, откуда вдруг взялось ощущение чего-то постороннего внутри. Понял, только когда опустил глаза: между полами куртки чуть пониже ребер из тела торчала короткая – на одну ладонь - рукоятка ножа.

Ноги мгновенно стали ватными – не столько от реальной слабости, сколько от страха осознания, что вот оно и все, кранты. Боли не было, только слабость. Даже крови немного, из-под лезвия сползала по животу тонкая струйка, нож затыкал рану. Но судя по месту, куда он воткнут, если нож выдернуть – кровь хлынет потоком, и «скорая» не успеет, даже если бы кто-то и вызвал ее без промедления. Рэй машинально шагнул еще раз, другой, третий, не соображая, куда он идет, пока ватные ноги еще держат.

Ага, понятно, куда. К краю платформы. Поезд уже здесь. Когда он подошел, Рэй не успел заметить...

А поезд – он тут как тут, что ему? Стоит, ждет, двери распахнуты, в вагонах пусто. И никто туда не заходит, даром что народу на платформе полно. Никто не замечает поезда.

Ничего, скоро буду дома, успокоил себя Рэй. Уже совсем скоро, а там помогут. Дэнни обязательно встретит поезд, он всегда встречает, он же чует, когда я приеду...

Он фантазировал и сам верил в то, что сочиняет.

Надо только сделать несколько шагов до распахнутой двери. Один. Еще один. Еще два. Ноги уже подгибаются... Он качнулся вперед и судорожно вцепился в поручень. Хорошо, что платформа высокая, на уровне тамбура, и не надо карабкаться по ступенькам – он бы точно не влез. А так осталось всего лишь перенести ногу через узкий провал между платформой и вагоном... Занести ногу, потом переместить на нее вес тела и втащить себя в тамбур... Осталось каких-то полшага.

Рэй ввалился в вагон и услышал шипенье закрывающихся дверей за спиной. Он не оглядывался по сторонам и не видел, как из следующего вагона за секунду перед тем выпрыгнул на перрон угрюмый красноволосый парень, как две капли воды похожий на него.

Ая выскочил на перрон и огляделся. Токио... Да, судьба дала ему шанс – гораздо лучший, чем он мог предположить. Не пришлось скрываться от преследователей в Штатах – если его кто-то там преследовал, конечно; не пришлось тратиться на авиабилеты, морочиться с документами и таможней... Конечно, впереди полная неизвестность – как встретит его Ёдзи, согласится ли ехать куда-то с незнакомцем и вообще общаться с ним...

Поезд захлопнул створки, пополз вдоль платформы и, медленно разгоняясь, растаял прежде, чем скрылся из пределов видимости.

Ая проводил его взглядом и пошел к выходу в город.

 

Конец.